ЧВК Вектор полностью

В связи с тем, что недавние отчёты указывают на возможную причастность к этому бедствию некой секты или организации, прошу предоставить мне и моим людям разрешение на участие в расследовании. Учитывая мой личный опыт и навыки, а также возможности ЧВК «Вектор», считаю целесообразным привлечь нас к этому делу. Уверен, что наши действия помогут приблизить час, когда виновные будут выявлены и наказаны.

С уважением и надеждой на ваше понимание,

Винсент Филч, глава ЧВК «Вектор»"

Подписав письмо, Винсент отложил автоматическое перо и внимательно перечитал написанное. Каждое слово здесь несло в себе груз его утраты и решимости найти тех, кто мог быть причастен к созданию чудовищной болезни. Он сложил лист, убрал в конверт и запечатал его печатью с логотипом «Вектора» — стилизованным Пентаклем, символизирующим его личную Силу и прошлое пастора.

В коридоре послышались знакомые шаги, после чего раздался мягкий стук в дверь. В кабинет вошёл его личный помощник, молодой человек с нервной улыбкой и аккуратно причёсанными волосами. В руках он держал газету.

— Свежие новости, господин Филч, — тихо произнёс помощник, передавая её своему работодателю.

Взяв газету, Винсент передал взамен свое письмо попросив отправить его немедленно, после чего кивнул помощнику, отпуская его.

Бывший священник развернул издание, и на первой странице сразу бросился в глаза заголовок: «Эпидемия в Грейсфорде: ЧВК „Беркут“ провела зачистку. Число жертв растёт.»

Грейсфорд. Этот город всегда был тихим и неприметным, далёким от всех ужасов, что принесла с собой эпидемия. Но теперь его улицы были поглощены рычанием, страхом и смертью. Винсент внимательно читал статью, чувствуя, как внутри нарастает глухая злость.

«По последним данным, вспышка Трупного бешенства в Грейсфорде, уже унесла жизни пятисот семидесяти двух человек за последние двое суток. Местные власти обратились за помощью к королевской армии, но первыми на место прибыли бойцы ЧВК Беркут, которые немедленно начали зачистку заражённых районов.»

На одной из фотографий, что сопровождали статью, был запечатлён момент, когда бойцы Беркута выстраиваются в боевой порядок на главной улице города. Вокруг виднелись изувеченные здания и перевёрнутые автомобили, а обезображенные тела людей и оживших лежали прямо на дороге, оставленные, чтобы их потом сожгли и захоронили прах. На другой фотографии — заплаканный мальчишка, сидящий у обгоревшего остова дома. Его глаза, полные боли и страха, казалось, смотрели прямо в душу Винсента.

«Согласно источникам, вспышка как всегда произошла внезапно, захлестнув вокзал, из-за чего город оказался полностью отрезанным от внешнего мира. Из-за того, что в городе не было личной армии, жители не успели эвакуироваться, и ЧВК Беркут пришлось провести экстренную переброску своего состава и сходу вступить в бой. Однако болезнь распространяется быстрее, чем её удаётся сдерживать, и число погибших продолжает расти…»

Винсент продолжал читать статью, чувствуя, как внутри него растёт ярость. Каждый абзац, каждая строчка приносили новые эмоции — гнев, горечь и осознание того, насколько велика угроза, которую несёт с собой эта болезнь. «пятьсот семьдесят два человека за два дня…» — холодная цифра, обесценивающая жизни, превращающая их в статистику.

Винсент сжал газету в руках, чувствуя, как внутри него продолжает бушевать злость на неизвестного пока подонка, который по собственной прихоти разрушает жизни тысяч и тысяч ни в чём не виновных людей. Воспоминания о его собственной потере — искажённое гневом лицо зараженного отца и залитое кровью тело матери, всплыли перед глазами с особой ясностью. Он знал, что не может оставаться в стороне. Эта эпидемия — дело рук кого-то, кто должен быть наказан.