– Успокойся, приятель. – Через пять минут поездки в полном молчании машина остановилась у трапа самолета. Кларк посмотрел на небо. Там собирались грозовые облака. Он не любил летать в грозу.
– Мы не можем лететь. Придется подождать. – Пилот второго экипажа был в чине подполковника. – Таковы правила.
Кларк постучал по орлам на собственных погонах и наклонился вперед, глядя прямо в лицо пилоту.
– Я – полковник. Когда говорю взлетать – ты взлетаешь, воздушный извозчик. Взлетай немедленно!
– Послушайте, мистер Кларк, я знаю, кто вы, и…
– Сэр, – вмешался в разговор Чавез. – У меня всего лишь временное звание майора, но операция намного важнее ваших правил. Постарайтесь проложить курс в обход эпицентра грозы, а? Не беспокойтесь о нас, в крайнем случае мы воспользуемся гигиеническими пакетами. – Пилот бросил на него разъяренный взгляд, но промолчал и вернулся в летную кабину. Чавез посмотрел на Кларка. – Держи себя в руках, Джон.
Кларк протянул ему копию пассажирской декларации, которую им дал диспетчер.
– Посмотри на имена пилотов, Динг. Они принадлежат не швейцарцам, хотя самолет и зарегистрирован в Швейцарии.
Чавез посмотрел в бумагу. Регистрационный код HX-NJA, а имена пилотов ни немецкие, ни французские, ни итальянские.
– Сержант? – позвал бортпроводника Кларк, когда послышался рев двигателей и самолет начал выруливать на старт.
– Да, сэр? – Она только что слышала, как разнес этот полковник ее командира.
– Передайте это по факсу в Лэнгли, пожалуйста. У вас есть необходимый номер. И побыстрее, прошу вас, мэм, – добавил он, потому что она была женщиной, а не просто сержантом. Сержант не поняла причины столь вежливого обращения, но не стала возражать против него.
– Потуже застегните пристежные ремни, – послышался голос пилота, и самолет начал разгон по взлетной дорожке.
Из– за электрических помех, вызванных грозой, связь удалось установить лишь с третьей попытки, но затем факс был передан по спутниковой связи в Форт-Бельвуар, штат Виргиния, и далее появился в «Меркурии», центре связи ЦРУ. Старший дежурный офицер послал своего заместителя на седьмой этаж с текстом донесения. К этому моменту Кларк уже говорил с дежурным офицером по телефону.
– Сильные помехи, – отозвался дежурный офицер. Даже при цифровой спутниковой связи и всех остальных технических достижениях гроза остается грозой.
– Нас тут немного кидает. Проверьте регистрационный код и имена, указанные в декларации. Выясните нам все, что известно о них.
– Повторите.
Кларк повторил. На этот раз дежурный офицер понял, что от него требуется.
– Будет исполнено. Просмотрим все файлы. Что еще?
– Свяжусь позднее. Конец связи, – услышал сквозь треск электрических разрядов дежурный офицер.
– Итак? – Динг потуже затянул ремни после очередной воздушной ямы.
– Имена написаны на фарси, Динг. Проклятье! – Еще одна воздушная яма. Кларк посмотрел в иллюминатор. Казалось, они летят над центром гигантской арены из клубящихся облаков, в которых то и дело мелькали молнии. Ему редко приходилось видеть такое зрелище сверху. – Этот сукин сын намеренно летит через центр грозы.
Но Кларк ошибался. Подполковник, сидевший за штурвалом «гольфстрима», был перепуган. Правила ВВС, не говоря уже о здравом смысле, запрещали полеты при такой погоде. Радиолокатор в носу самолета свидетельствовал, что на двадцать градусов влево и вправо от курса в Найроби все затянуто облаками. Слева, впрочем, облака казались чуть реже. Пилот повернул на тридцать градусов влево, бросив крохотный реактивный лайнер в крутой поворот, словно истребитель. Стараясь найти место поспокойнее, он одновременно продолжал набирать высоту. Да, здесь тоже царил шторм, но все-таки самолет швыряло меньше. Через десять минут VC-20 вырвался из грозовых туч, и его залило солнечным светом.
Капитан из запасной смены пилотов повернулась в своем кресле.
– Довольны, полковник? – спросила она.
Кларк расстегнул ремни, не обращая внимания на предупреждающую надпись, прошел в туалет и плеснул в лицо холодной водой. Затем вернулся к креслу запасного пилота, опустился на колени рядом с ней и показал текст, только что переданный по факсу.
– Вам что-нибудь известно про это? – спросил Кларк. Она посмотрела на лист бумаги и поняла все с первого взгляда.
– Да, конечно, – ответила капитан. – Мы получили уведомление о случившемся.
– Почему?
– По своей конструкции это такой же самолет, как и наш. Когда с одним из таких самолетов происходит катастрофа, фирма-производитель сообщает об этом всем владельцам машин – я имею в виду, что мы все равно послали бы запрос, но уведомление поступает от фирмы автоматически. Насколько я помню, тот «Гольфстрим G-IV» вылетел из аэропорта на север, в Ливию, там совершил посадку для дозаправки, верно? Сразу взлетел – это был медицинский рейс, я не ошибаюсь?
– Совершенно верно. Продолжайте.
– Пилот подал сигнал бедствия, сообщил, что вышел из строя один из двигателей, затем второй. Связь прервалась – по-видимому, самолет рухнул в море. За ним следили три радара – из Ливии, с Мальты и с нашего военного корабля – эсминца, по-моему.