Через секунду на трех больших радиолокационных экранах появились многочисленные следы самолетов. Если не считать чикагский аэропорт О'Хара, подумал Кемпер, здесь, наверно, самый загруженный участок неба.
У звена из четырех истребителей F-16, барражирующих к северо-западу от конвоя, отчетливо виднелись импульсы опознания «свой – чужой». Вблизи американских самолетов находились шесть авиалайнеров разных компаний, а ведь день только начинался. На пусковых установках проводили учения для того, чтобы проверить, как функционируют компьютеры, но вообще-то система «Иджис» считалась настолько совершенной, что могла то вести себя тихо и незаметно, то мгновенно ощетиниться и ответить ракетными залпами. Корабли, оснащенные такими системами, оказались сейчас именно в том месте, где они могли больше всего пригодиться.
Первыми иранскими истребителями были два устаревших «томкэта» F-14, взлетевших с военного аэродрома в Ширазе. В семидесятые годы шах купил у американской фирмы «Грумман» около восьмидесяти таких истребителей Прошло время, но десять из них все еще способны были летать. Когда на них что-нибудь выходило из строя, их ремонтировали, заменяя дефектные механизмы снятыми с других истребителей или приобретенными на оживленном международном черном рынке, где торговали всем, в том числе и деталями боевых самолетов. Эти два F-14 полетели сначала над сушей, направляясь на юго-восток к Бендер-Аббасу, затем увеличили скорость и помчались на юг к Абу-Муса, пролетев к северу от него. Пилоты управляли самолетами, а стрелки-радисты, сидящие позади них, осматривали в бинокль морскую поверхность. На высоте в двадцать тысяч футов солнце было уже ясно видно, однако на море все еще господствовали навигационные сумерки.
С высоты трудно рассмотреть корабли, находящиеся далеко внизу, – это обстоятельство часто упускают из виду как моряки, так и летчики. В большинстве случаев на необъятной поверхности моря корабли кажутся слишком маленькими. Обычно сверху и невооруженным глазом и на спутниковых фотографиях видна белая кильватерная струя за кормой и у форштевня корабля, похожая на стрелу с несуразно большим наконечником. Наконечник – это волны, уходящие в стороны от носа и кормы, а древко стрелы – прямая линия пены от корабельных винтов. Такие очертания притягивают глаз так же естественно, как и тело женщины, а в головной части клинообразной формы находится сам корабль. Или множество кораблей, как в данном случае. Наблюдатели заметили с истребителей сначала отвлекающую группу, которая шла на расстоянии сорока миль, а через минуту опознали и основную часть конвоя.
Перед командирами кораблей стояла сложная проблема – им было необходимо точно опознать самолеты. Кемпер не решался дать команду на пуск зенитных ракет «корабль – воздух», опасаясь сбить по ошибке авиалайнер, как это сделал однажды американский крейсер «Винсеннс». Четыре истребителя F-16 уже повернули в сторону иранских самолетов, после того как те послали им короткую радиограмму. На борту «Анцио» не было специалиста, достаточно хорошо владеющего фарси, поэтому Кемпер не смог разобрать ее содержания.
– Смотрите, парни, – послышался голос командира звена. – Похоже, это F-14-e, «томкэты». – Он знал, что на вооружении американских ВМС уже нет таких самолетов.
– «Анцио» вызывает «Старфайтер», открывайте огонь и сбивайте их.
– Понял.
– Звено, это ведущий, пускайте «слэммеры»! – Было ясно, что летчики на иранских истребителях напряженно смотрят вниз, вместо того чтобы оглядываться вокруг. Это разведывательный полет, решил ведущий «Старфайтер». Он выпустил ракету AIM-120 на мгновение раньше остальных самолетов его звена. – Фокс-один, Фокс-один! – И у полуострова Катар разгорелась битва.
«Томкэты» ОИР были слишком заняты наблюдением за морской поверхностью и жестоко поплатились за это. Их датчики, предупреждающие об опасности, сообщали о самых разных импульсах, поступавших отовсюду, так что импульсы воздушных радаров на американских «виперах» были всего лишь одними из многих. Ведущий «томкэт» пытался сосчитать корабли под собой и одновременно говорить по радио, когда пара ракет AMRAAM «воздух – воздух» взорвалась в двадцати метрах перед старым истребителем. Сидевший на заднем сиденье наблюдатель успел только поднять голову и увидеть приближающуюся смерть.
– «Старфайтер» вызывает «Анцио», сбили двоих, парашютов не видим, повторяю, сбили двоих.
– Понял.
– Как славно начать день таким образом, – удовлетворенно заметил майор американских ВВС, который только что прилетел со своими напарниками из Израиля, где шестнадцать месяцев занимался учениями с израильскими ВВС над пустыней Негев. – Выходим из игры.
– Мне кажется, это не лучшая идея, – проговорил ван Дамм, глядя на экран. Радиолокационное изображение с эсминца «Джон Пол Джоунз» передавалось по спутниковому каналу в Вашингтон, и в ситуационном центре видели картину боя всего на полсекунды позже того, как события происходили в действительности.