— Ладно, ты мне и небритый нравишься. Солиднее выглядишь! — рассмеялась она. — Спи. Я тоже, позвоню родителям и спать. Да и ребят предупрежу. Спокойной ночи.
— С Новым годом!
— С новым счастьем…
День пролетел как один час: мыли посуду, приводили в порядок комнату, гуляли по хрустящему снегу и делились подробностями ночи. Не всеми, конечно, но многими. А потом была ночь, полная одиночества.
«Серега, а ты быстро привыкаешь к хорошему. Например, засыпать после поцелуя или держать кого-то… Не кого-то, а Валюшу в объятьях,» — подумал я.
Утром я потянулся в умывальник бриться, чистить зубы и приводить себя в достойный человека вид.
Позавтракал, сел решать задачи, но ничего путного не получалось, поэтому задачник с тетрадкой полетели в угол, а в руках оказалась книга. Я погрузился в мир фантастики и незаметно уснул.
Меня разбудил стук в дверь. Я открыл глаза и поплелся к двери, открыл ее и чуть не сел от неожиданности: на пороге стояла Валя.
— Привет, а… — я чуть было не сказал глупость.
— Привет. Ты же сказал, что к моему приезду обязательно побреешься, вот я и приехала, — она провела по моей щеке ладошкой и прижалась ко мне. — Здравствуй, Сережка! Я не смогла там так долго без тебя… Ты мне нужен…
Я прислушался: что-то знакомое пробормотало Русское Радио:
— Отпустите меня, облака…
— Знаешь, Валюш, а это судьба… Вот и «Иванушки» с нами, — смутился я. — Да ты проходи!
— Я сейчас к себе на минутку, а ты пока чайник поставь, ладно? Я замерзла.
— Я жду…
«Я жду», «Сережка, приезжай быстрее», «Мы вместе — значит мы вместе», «Валюш, я тебя люблю»: Хотя, нет, от начала до последней фразы прошел целый месяц.
Ночь. Горят огни недавно построенной автостоянки. В комнате сидят двое и ждут.
— Валюш, скоро? — говорю я почему-то шепотом.
— Скоро, минут пять еще: — отвечает мне девушка.
Мы вместе. Целуемся. Где-то гуляют руки. Ждем.
Ночь — удивительное время. Никогда не знаешь, чего от нее ждать. Тем более — от такой ночи, по-зимнему холодной, по-летнему страстной: Мы ничего не ждем. Мы сидим и разговариваем.
— Сережка, а можно нескромный вопрос? — Валя отрывается от моих губ и смотрит прямо в глаза.
— Конечно, можно! — отвечаю я, впитывая нежный серый цвет.
— Как ты, повзрослел?.. Только мне нужно честный ответ. И на поставленный вопрос.
Она ждет. Ждет. Я не знаю, что отвечать. «— Дорогая, у тебя были мужчины до меня? — Нет. — А у меня были!..» Или что-нибудь соврать? Я не могу сказать правду. Я не желаю лгать.
— Валюша, ты точно хочешь об этом знать? — шепчу я ей на ухо.
— Да! — отвечает она приглушенно.
— Тогда ничему не удивляйся. Хорошо?
— Рассказывай.
Я рассказываю. Валера. Игорь. Ирина. Петр. Имена путаются. Лица стираются. Говорю и уже не могу остановиться.
— Сереж, тебе больно об этом рассказывать?
— Нет, все это уже в прошлом. Что-то неприятно, что-то наоборот, очень радостно вспоминать. Что-то забывается. А кого-то так и не можешь забыть, — говорю я, не глядя на нее. Я смотрю вдаль. Я смотрю в никуда.
— Сережка, прости. Еще один вопрос.
— Да-да, я слушаю: — сейчас я отвечу на все.
— Валера: Он больше не появлялся?
— Нет. Я его не видел.
Точка. Зазвонил будильник. Мы ждали его звонка, чтобы обнаружить, где сей аппарат скрывается, и вот дождались: Ровно через час и пять минут.
— Сережка, давай спать!
— Давай.
Но мы не спим. Нам некогда спать: думаем. Каждый о своем. Каждый об общем. О нашем. Мы возимся в кровати. Я встаю и закуриваю, как обычно, две сигареты.
— Сережка, я тебя люблю.
— Да?
— Да.
— Спасибо.
Валя что-то говорит, а я — уже не я. Она погружает меня в свой рассказ и уже непонятно: где Валентина, где Сергей, где ее сестренки и братик, где родители: Мистические превращения: Из ее рассказа я вырвался и увидел себя рядом с Валей, мы сидели обнявшись и дружно вздыхали.
— Валенька, зачем мы друг другу это рассказываем?
— Сереж, я знаю?
— Не-а, вряд ли ты это знаешь. Хотя: Наверное, чтобы мы не питали иллюзий.
— Насчет чего?
— Насчет кого. Насчет нас.
— А мы питаем иллюзии?
— Мы? Вряд ли: Теперь — нет.
Сквозь дни и месяцы мы были вместе. И несмотря на обстоятельства, невзирая на то, что была неудачная сессия, мне грозило все, что только может грозить, она была со мной. Казалось, что это — вечно. Эти чувства, это нежелание любить, тем более — девушку.
Я обернулся на не-дежурное «я тебя люблю» и ответил:
— Я тоже. Я тоже тебя люблю.
А счастье было. И есть. И будет. Только уже не с нами. Потому что мы потеряли друг друга. Валя и я перестали быть одним целым. И, кажется, навсегда. Прошла целая жизнь, жизнь длиной в пять месяцев.
Мгновения жизни протекают так, что никогда не заметишь, что ты сделал «не так» или «не правильно».
Когда в нашей жизни появился Интернет, мы не думали, что Сеть так больно ударит по нашим маленьким радостям.
— Валь, хочешь, я тебе покажу классный чат?
— А что это такое?
— Виртуальное общение…
Сейчас я корю себя за эти слова, но тогда хотелось поделиться интересным и нужным. Мы пришли в университет, зарегистрировались в системе и…
— Валюш, что тебя так долго не было?
— В Интернет заходила.