Пиво и вино сменились водкой, яства уничтожались со скоростью света, произносились тосты по поводу и без повода. Мы выходили курить, потом стало лень и курили уже прямо в комнате, рассказывали байки из жизни преподавателей. Их сменили новые книги, музыка, артисты и кино. Мы разбились по группкам: кто-то обсуждал новинки театров, а кто-то просто целовался в углу комнаты. Хорошее рано или поздно приходит к концу, закончился вечер. Я остался убираться и мыть посуду, а остальные пошли гулять: зима и снег обещали приятные минуты.
Я грустно оглядел комнату и вдруг понял, что мне делать что-то лень, лучше завалиться спать и ни о чем не думать, а убраться завтра с утра. «Серега, не будь таким ленивым, завтра тебе будет тоже лень,» — уговаривал я себя.
— Сережка, тебе помочь? — вдруг открылась дверь и в комнату вошел Николай — сосед по общежитию и одногруппник.
— Коль, да я борюсь с природной ленью: жутко не хочется убираться, — я зевнул. — Да и спать потянуло что-то. Похоже, водочка так действует.
— Давай убираться, кончай лениться!
— Кончаю я в другом месте и отнюдь не от лени, — съехидничал я в ответ и удивился, почему мальчишка заалел. — Колька, что ж ты смущаешься-то?
— А ты не смущай, вот и смущаться не буду.
Мы начали уборку: я подметал пол, а парень мыл посуду. Вдвоем дело спорилось, и через полчаса комната обрела жилой вид.
— Ой, а у нас еще пиво есть, — обрадовался я, открыв холодильник. — Будешь?
— Давай, — согласился Николай. — Бутылку на двоих, завтра идти учиться, — остановил он меня, когда я достал вторую.
— Да-а, цербер, ладно, давай одну на двоих.
Я налил себе в стакан, а ему протянул бутылку. От нечего делать включил радио: очередная модная певичка что-то пела про несчастную любовь… А мне просто захотелось немного любви. И я посмотрел на парня и неожиданно осознал, что хочу его. Да, да, Колю и сейчас. И ничто меня не остановит. Мальчишка был в моем вкусе: упругое тело, голубые глаза и густая шевелюра. Что еще желать?
«Приготовились, идем на пролом,» — мысленно дал себе команду.
— Коля, а ты что один? Для девятнадцати лет это неожиданно!
— Хе, старик нашелся! Сам-то что один? — рассмеялся он.
— Я не один. Просто о том, кто со мной никто не знает.
— Да? Что, Ирка уже в прошлое ушла? — ухмыльнулся мальчишка.
— Да. Давно. Надоело за кем-то бегать. Тем более, что всегда можно найти кого-то поближе, чем в седьмом Богом забытом микрорайоне.
— Жестоко.
— Ага, и цинично, — перебил я его. — А еще…
— Что — еще?
— А еще я хочу тебя.
— Что-о-о?
— Знаешь, бывает любовь к родине, к родителям, мужчина любит женщину. А иногда бывает и так, что мужчина любит мужчину. А вот я тебя хочу, — поставил я ударение на предпоследнем слове.
— Ты… — не решился он сказать обидное слово.
— И так называется тоже.
Мальчишка впал в ступор. Застыл с бутылкой пива в руке. Неожиданно, одним взмахом руки влил в себя жидкость и прошептал:
— Сереж… А что во мне такого… Что мужику-то понравиться может?
— Не задавай глупых вопросов. Все равно не отвечу. Да и если отвечу, то только то, что нравится не «что-то», а «кто-то». И вообще, я не собираюсь тебя к чему-то принуждать силой, не в моих правилах, честно, — перевел я дух и подумал: «К чему я это говорю?» — Если захочешь, сам скажешь. Только успей вовремя: хочка быстро заканчивается.
На всякий случай я замкнул дверь, а потом подошел к мальчишке. Колька никак не мог осознать, что происходит. Я взял в свою руку его ладонь и начал покрывать ее поцелуями, а потом переключился на губы. На первое касание губ парень никак не отреагировал, но через секунду…
— Блин, и это называется в комнате убрались? — окинул я взглядом тот бардак, который мы умудрились устроить за полчаса. — Везде одежда раскидана… Ну-ка, одевайся быстро!
— Ага, — потянулся Николай.
— Колька, ну сам подумай, что скажут ребята, если сейчас в комнату зайдут? Или мне им сразу объяснить, что «мальчики захотели потрахаться, вот и насладились вашим отсутствием»?
— Ты че, идиот? — протрезвел мигом парень.
— Я не идиот. Брысь одеваться!
Во второй раз уборка прошла еще быстрее, так что через пять минут мы уже мирно курили в пустом умывальнике.
— Сереж, так получается, что я теперь тоже…
— Ничего не получается. Бабу заведи и будет все в порядке, — огрызнулся я. Не умея вести такие разговоры, я хотел его сразу прекратить.
— Ну не злись, че ты злишься-то? — парень кашлянул, поперхнувшись дымом.
— Я не злюсь, пойдем, хватит курить.
На следующий день он старательно прятал глаза, а в конце третьей пары попросил составить ему компанию в походе за хлебом.
— Серег, я тут думал ночью, — начал он.
— Ночью спать надо, — заметил вскользь я и чихнул.
— Будь здоров. Так вот, я, наверное, не хочу повторения.
— Хех, Колька, я же сказал: как ты захочешь. Тем более, что давай-ка ты выбрось меня из головы. Как были соседями, так ими и останемся, ладно?
— Ладно, — успокоился он.
Через три дня нам стало не до выяснения отношений. Парень совсем успокоился и перестал стыдливо отворачиваться от меня в коридорах. Наступала сессия, а это было серьезнее всяких сексов. И нам надо было готовиться к ней вместе.
