- С чего его так припекло? – Поинтересовался гость, хитро поглядывая на соседа.
- Не поверишь, Ольга объявила ему войну. Оставайся на ужин, забавное зрелище.
- За своей следил бы. – Прорычал Искро, выхватывая бумаги из рук.
- Останусь, друзья. В мое отсутствие, как я посмотрю, много чего интересного
произошло. Кто же она, Мрак?
- О… - Ухмыльнулся Искро. – Она ведьма. Да еще какая! Всем ведьмам ведьма.
- Судя по отзывам, она и правда особенная. Достать тебя, мой железный друг, под
силу не каждому. – Блеснул зубами смуглый, вставая из-за стола.
Взгляд Дамира тут же перескочил с Искро на Мрака, чтобы попрощаться, но
увиденное заставило его отступить. Впрочем, это было всего лишь секундной
слабостью. Искро, также заметивший перемены, вскочил и рывком скинул все со
стола. Перья, бумаги, папки, чернильница, несколько колб и даже малость
драгоценных камней с тихим звуком посыпались на пол. Дамир выхватил кинжал
из-за пояса и перекинул его Мраку, наблюдая за происходящим. Дверь на террасу
с силой полоснула по каменной стене, заставляя осыпаться хрупкое стекло. Камин
вспыхнул, оставляя черные языки от пламени на тяжелом камне, а Мрак, будто не
замечая этого, потянулся к кинжалу.
Всего один надрез и тяжелые капли темной крови выписывают круг на гладкой
столешнице. Надо спешить. Надо успеть… Чертовы символы, изученные до
совершенства, требующие спокойствия и полной концентрации выходили
неточными и дрожащими. Спокойствия нет. Его место заняли ужас и страх, бьющие набатами в голове, заставляющие сердце замирать на полувздохе. И
когда рисунок закончен, а кинжал вогнан с его средину, эмоции вырываются, сметая все на своем пути.
- НЕ СМЕЙ УМИРАТЬ!
146
Гавловская Ю.В. «Домой любой ценой»
Что может быть хуже смерти? Наверное, когда тебя насильно возвращают к
жизни. И уж тем более, если возвращают периодическим битьем по груди и
какими-то ругательствами, достойными самого короля пиратов. Я вновь
попыталась вдохнуть, но жгучая боль, так некстати напомнившая о себе,
заставила закашляться. Я с трудом перевалилась на бок, дабы избавиться от
жидкости в легких, но они все так же хрипели и клокотали. От кашля боль
становилась только сильнее, и я никак не могла отдышаться. Но пробивающийся
свет сквозь сомкнутые веки и облегченный вздох моего спасителя напомнил, что
я жива. Я ЖИВА! И я была безмерно счастлива, когда теплые руки подхватили
меня и, усадив на коня перед собой, отвезли домой.
- Спасибо… - Голос издал непонятные хрипящие звуки, в которых невозможно
было распознать слова, а холодный ветер пробирал насквозь, заставляя
вздрагивать от очередного порыва.
Добрыня не ответил, а лишь пришпорил коня. Не помню, как я оказалась в доме, как оказалась в теплой ванне, где милая Алиэль растерла мои замерзшие
конечности. Предполагаю, что Добрыня вновь появился, перенеся мое тело в
ворох теплых покрывал. Меня не смущало, что я была голой или столь
беспомощной. Меня даже позабавили его попытки выгнать Энока и Халле. Но все
происходило как в тумане, будто бы за рубежом. И я была безмерно счастлива. Я
жива! Я справилась. И пускай не без помощи, пускай мне придется еще трижды
умереть, я справлюсь.
Последнее, что помню перед тем, как забыться в теплых объятиях сна, я позвала
Мрака. Эту ночь мы вновь провели вместе, обнимая друг друга. Я пыталась
забрать подаренный мной ужас и заменить его своим счастьем, благодарностью.
Вновь демон приоткрыл мысли, давая мне шанс прикоснуться к его душе. Шанс, которым я не позволила себе воспользоваться.
Мы вновь стояли на том же каменном берегу, где не так давно меня возвращали к
жизни. День выдался на удивление погожим и солнечным. Однако воздух был
морозным, и белые облака стояли слишком высоко, чтобы удерживать тепло на
земле.
147
Гавловская Ю.В. «Домой любой ценой»
Три дня прошло с моего погружения, и наконец-то я смогла выпроситься наружу.
Я встала на ноги и буквально извела Добрыню просьбой начать занятия. Учитель
сопротивлялся два дня. На третий всклоченная ведьма устроила небольшой
ураган в саду. Причем исключительно благодаря плохому настроению и с
помощью недавнего дождя. Тогда-то добрый молодец сдался, наплевал на все
меры безопасности, вытащил меня в сад и заставил строить купол из дождевых
капель. В груди до сих пор стоял неприятный медный привкус, словно после
тяжелой простуды. Но вновь почувствовать магию, тонкими иглами
покалывающую подушечки пальцев, струившуюся вокруг меня и окутывающую
все вокруг, было невероятно дивно. Поистине, я радовалась словно дитя.
Добрыня сразу понял, что со мной приключилось. Однако доносить в Совет не
стал. Возможно, Алиэль настояла на том. Быть может, перспектива проследить за
собирающим артефакты показалась заманчивой. В любом случае, я благодарна
дому, приютившему меня. По меньшей мере, Юме не пришлось бежать в надежде
сохранить голову на плечах.
Ребят Добрыня сразу же отослал на несколько дней по разным поручениям, так
что теперь в доме осталась лишь я. И у меня была еще неделя научиться скрывать
стихию. Сегодня мы вышли к морю, так как погода вновь радовала безоблачным
