— Это было первое, что я спросил у неё, когда мы остались одни, — ответил мне Майкл на озвученный вслух вопрос. Сегодня я предложила ему пойти выпустить пар во время физических упражнений. — Нет, не беременна. Я сам напугался, когда увидел её такую… беспомощную, — с нежностью произнёс он, что вывело меня из себя, но вместо того, чтобы вылить на него агрессию, начала качать пресс, Тёрнер подошёл и зажал мне ноги. — Понимаешь, у Адель и раньше были задержки, поэтому я постоянно беспокоился. А в этот раз у нас давно не было, но вдруг… Она не понимала, что беременна, — размышлял Майкл, а я ускорила темп.
— Да конечно, — язвительно откликнулась я, всё ещё тяжело дыша. Четыре месяца не понимала? Бред. — Так, и что же с ней?
— Сильное переутомление. Стресс, — уклончиво ответил он. — С ней такое уже бывало. Но ничего, она справится.
В груди жила какая-то огромная подозрительность, и я не могла от неё избавиться. Тёрнер говорил об Адель слишком обеспокоенно и мягко. Всё ещё любит? Да, я ревновала!
— Охренеть, ты сегодня жжёшь! — воскликнул Майкл, пока я всё ещё активно качала пресс, а затем остановилась. — Откуда вдруг столько энергии?
— Занятия помогают, — буркнула я, намекнув взглядом Тёрнеру, чтобы отпустил мои ноги.
— Что-то не так? — Он нервно поправил волосы. Я стала качать задние мышцы бедра, не сильно настроенная на беседу.
— Всё так.
— Слушай! — Он вдруг схватил меня за ногу, которую я подняла в воздух, от чего чуть не навернулась.
— Отпусти! — еле держалась я, чтобы не застонать от дискомфорта. — Больно же!
— Извини. — Майкл убрал руку, я села, растирая бедро, как вдруг почувствовала вновь его прикосновения. — Поехали в Балтимор.
Я нахмурилась.
— Это ещё зачем?
— Как зачем? — резко поднял он брови, как будто я сморозила какую-то глупость. — Развеемся. Никаких знакомых. Только я и ты. Сходим куда-нибудь, — приговаривал Майкл, слишком усердно растирая моё бедро. Как же это было приятно, да что ты будешь делать! Майкл, я же специально делаю эти упражнения, чтобы меня напряжение отпустило, а ты его возвращаешь!
— Согласна. У меня уже не болит нога. — Я дёрнула ею, и он разжал пальцы. — Не знаю, отпустит ли мама.
— У тебя же папа в Балтиморе? Скажи, что к нему поедешь… — вкрадчиво произнёс Майкл и склонил голову.
— Ну ты и плут, я смотрю, — расхохоталась я, уже не испытывая злобы. Я жутко хотела с Тёрнером побыть денёчек наедине. Погулять. Не ощущать постоянного страха быть кем-то замеченной с ним. — Мама с папой не разговаривают, поэтому это отличная идея.
Я улыбалась, но от этого было горько, на самом деле. Уход папы в детстве меня сильно травмировал, по большей части из-за этого я перестала доверять мужчинам, а бывший только подтвердил мои опасения. А теперь вот бедный Майкл разгребает грехи тех, кто так наследил в моей жизни.
— Не разговаривают? Почему так?
— Да мама на него до сих пор обижается. Но я рада, что она нашла себе новое счастье. Тяжело за ней наблюдать было всё это время, — прикрыла я глаза, вспоминая всё, что пережито.
— А ты… папу-то простила? — осторожно спросил Майкл. Как будто знал слабое место.
— Я не говорила тебе, что он нас бросил, — нервно рассмеялась я и отодвинулась от него.
— Предполагаю, что это была его вина, раз твоя мама на него обижается.
Я встала с мата и отвернулась от Майкла, потому что у меня начала подрагивать нижняя губа. Никаких слёз! Сделала пару вздохов и выдохов и вновь посмотрела на Тёрнера.
— Он нашёл замену не только маме, но и мне. У него там новые дети. Поэтому нет, не простила, — скрестила я руки на груди.
— Извини, плохая тема, — поджал он губы. — Ты всё-таки коренная жительница Балтимора, расскажи, куда хочешь сходить? Куда стоит? Завтра поедем?
Тёрнер поспешно оказался рядом со мной, не спуская взгляда.
— Завтра? — хмыкнула я. — Да у нас же контрольная! Репетиция театра! Так просто прогулять целый день?!
Майкл молча смотрел на меня, вдруг притянув за талию к себе.
— Мне наплевать на уроки. Всё равно на занятиях о тебе думаю. — Он прижался лбом к моему. — Но если для тебя это важно, то давай не будем прогуливать. Как ты хочешь?
Я замерла, разглядывая его лицо. Меня тронуло то, что он спросил, как именно я хочу. И в данный период времени я желала позабыть об Адель Моринг, что тревожила мой ум. Паранойя уже выработалась, что ли?
— Давай завтра, — согласилась я, предвкушая только хорошее. Редкость же.
— Отлично. — Майкл оторвался от меня. — Я сначала думал о мотоцикле, но это всё-таки далековато, поэтому поедем на поезде, там и поболтать можно. К слову, билеты я уже купил, — подмигнул мне Тёрнер, на что я прыснула.
— Да тебе не нужен был мой ответ! — Я ударила его по плечу кулаком, притворно злясь.
— Просто знал, что от дня в моём обществе ты не сможешь отказаться, — обольстительно улыбнулся Майкл.
Весь вечер я провела в мечтаниях о завтрашнем дне и сборах, и планах. Крышу сносило от счастья.
***