Crazy полностью

В переходе раздается легкое хихиканье. Не исключено, что оно донесется до комнаты воспитателя. Но никто не обращает на это внимания. Мы продолжаем продвигаться вперед. Постепенно пребывание на спине у Яноша начинает казаться мне смешным. Такое впечатление, что я перестал быть отдельным человеком. Как будто я разучился передвигаться самостоятельно. Но ведь я и сам умею ходить. По крайней мере, до сих пор умел. Во всяком случае, я предпочитаю молчать. Он бы не упустил возможности повторить, что я не должен наложить в штаны. Выслушивать эту дребедень сейчас как-то не с руки. Смотрю сквозь окно на небо. Широкая черная гладь, усыпанная одиночными сияющими звездами. Великолепное зрелище. Трудно себе представить, что некоторые из них уже не существуют. Давно мертвы. Только нам этого не видно. Слишком уж долго летит до нашей планеты свет. С горизонтом сливаются Альпы. Отсюда они кажутся просто темными глыбами. Темнее, чем небо. Значит, через эти вот Альпы перешел Ганнибал. Об этом все время рассказывал мой учитель истории. Должен признаться, что многое я просто проспал. Спал и мечтал. Это было как раз в тот момент, когда я по уши влюбился в свою одноклассницу, Марию. Она была неописуемо хороша. С темными волосами. Носила обтягивающую футболку, которая отходила от тела только на груди. Так, чтобы любой мог пялиться в вырез. Выглядело это потрясающе. Она сказала, что ничего ко мне не чувствует. Я ей казался слишком необычным. К тому же она была без ума от Марко, моего друга. Они хорошо подходили друг другу. Однажды они занимались этим во время праздника прямо в женском туалете. А мне поручили стоять под дверью и караулить. Наверное, это возбуждало. Да уж, думаю, что молодость — самое замечательное время. И школа, и все остальное. Время накопления лучшего опыта. Старики правильно говорят. Не могу припомнить такого момента, когда я не был бы влюблен. Девочки казались мне замечательными еще в детском саду. Но я не могу припомнить и такой ситуации, когда я с кем-то «ходил». Для этого я слишком, как говорила Мария, странный. Но, черт подери, что такое быть странным?! Странно или нет ночью тащиться к девушкам, сидя на спине у приятеля? Да еще и по пожарной лестнице? Да вдобавок ко всему с Троем? И с Флорианом, которого все называют девчонкой? Странно ли то, что толстый Феликс разгуливает с бельевой прищепкой? Чтобы не свалились штаны. Странный Янош или нет? Может быть, он странный герой? Я бы хотел, чтобы мне было все равно. Лучше бы я интересовался супергероями. Это проще. Девчонок очень трудно понять. Я думаю, что это они очень странные.

Пятеро парней останавливаются в конце коридора. Перед ними большое окно. Его открывает тонкий Феликс.

— Пришли, — говорит он.

— Пожарная лестница?

— Пожарная лестница, — это уже Янош.