— Меня зовут Олег, — представился он, — а ты идешь по пути вычитателей, да?
— Не совсем понимаю тебя, — честно признался я.
— Мастера вычитания специально создают «опускающие» ситуации для своих коллег, чтобы проверить их стойкость, и отчасти достигают Великой Сущности, вычитая все человеческое, что есть в них. Вычитатель всегда непредсказуем, сумасброден и, я бы даже сказал, абстрактен. Я встречал таких, но очень редко. Так что, это приятная для меня встреча.
— Меня зовут Сергей, — ответил я, и Олег посмотрел на меня вторым зрением.
— Как занимательно и прекрасно! Воистину, Лимб удивителен и прекрасен.
— Ты знаешь, кто я такой? — понял я.
— Конечно. Наслышан. Ты из Московского ковена. Я тоже мог бы именоваться ведьмаком, но у меня немного иная специализация.
— А почему ты так странно выглядишь? — спросил я, — шаман какой-то?
— Я агхори, — ответил он, и я замолчал. Кто это такие, я слышал когда-то очень давно, но забыл напрочь. Какие-то фанатики Шивы или Кали? Ептыть. Вспомнил. Это же те еще утырки. Они живут в священном городе Варанаси на берегу Ганга. Жрут мертвецов, пьют мочу, бухают как черти и трахаются с проститутками, у которых идут месячные. Посыпаются прахом мертвых и вообще у них все наоборот. Можно найти просветление через постоянную аскезу и соблюдение строгих правил и добродетели, а можно пойти по противоположной дорожке — оскотиниться до такого вот уровня нечевелочности, чтобы понять все то же самое. Стать агхори — это значит, принять все существующее в нашем мире и хорошее и плохое, как часть Бога. Олег — жуткий упырь, это мне уже ясно.
— Не знал, что и русские бывают агхори, — ответил я, — ты в Индии живешь?
— Жил. Почти двадцать лет, а потом вернулся в Новосибирск.
— Ого, ты из ковена Алены, да?
— Да, я знаю ее. Как видишь, наша встреча не случайна.
— А мы сейчас сидим в Море Забвения, да? — уточнил я.
— Вот именно. Я тут часто бываю, так как здесь очень хорошо медитировать. Среди всей этой грязи, гнили и постоянных стенаний ничего не понимающих людей. Так зачем ты спустился так глубоко, Сергей? Искал самого себя? У тебя проблемы?
— Не сказал бы, — признался я, — но в последнее время вокруг меня творится какая-то дичь.
— Страх в твоем голосе чувствую я, — Олег улыбнулся, — а его у тебя быть не должно. Не переживай — это нормально для всех, кто делает слишком широкие шаги в своем обучении. Ты получаешь силу, знания, оттачиваешь свои навыки, как лезвие меча, и тебе становится страшно от самого осознания того, кем или чем ты становишься. Не так ли?
— Возможно. А ты знаешь, что сейчас происходит с Аленой?
— Нет, она меня не интересует. Меня вообще мало что теперь может заинтересовать. В общем, если хочешь поговорить о том, как избавиться от переживаний и страхов, найди Дом учителей нашего ковена. Завтра или послезавтра. Я буду там, постараюсь все тебе объяснить.
— А сейчас никак? — спросил я внаглую.
— Нет. Чай уже заварился, а когда я его пью, то не разговариваю, и тебе не советую, — Олег снял котелок и, взяв его двумя руками, принялся пить кипящую жидкость. Ладони покраснели, и я отчетливо почувствовал запах жареного мяса. Меня аж перекосило, но когда агхори опустил котелок, его руки оказались чистыми и без следов ожогов.
— Хочешь попробовать? — спросил он.
— А не обожгусь? — уточнил я.
— Вот видишь. Не дорос ты еще до этого напитка. Сомнение — это первый путь к страху.
— А я называю это осторожностью, — возразил я.
— Да хоть говном это назови — смысл не изменится, — гоготнул Олег, — все эти сущности — пустота по факту, но ты не можешь осознать этого. Сейчас, по крайней мере. Вот и все. В этом корень твоих бед. Оглянись и посмотри на тех, кто тебя преследует, Сергей. Тех, кому ты причинил боль, и тех, кто превратил твою жизнь в кошмар.
Я резко оглянулся, но за спиной никого не было. А когда я снова повернулся к Олегу, то хитрожопого агхори уже и след простыл. Остался только котелок с бурлящим чаем.
— Эмм, ты точно хочешь это попробовать? — спросил волк, — вдруг он туда нагадил?
— Зачем ему это? — спросил я Рагни и схватился руками за дымящийся котелок. Резкий жар обжег мои ладони. Я заорал от резкой боли и отбросил посудину в сторону. Твою мать! Горячо же как! Перед глазами все начало расплываться, руки болели так, будто их в кипяток сунули. Мля, мля! Я крикнул еще раз, по лицу потекли редкие слезинки, и меня выбило.
Я вскочил на кровати и тут же включил свет. Вытянул ладони и посмотрел на них. Красные бугры, похожие на ожоги быстро вздулись на коже.
— Это только иллюзия, — успокаивал я сам себя, — это был всего лишь дурной сон, пусть и осознанный.
Боль стихла, бугры пропали. Я выдохнул. Успокоился. Сходил на кухню, покурил, выпил водички, а когда вернулся, то потянулся за шлемом. Пора помогать Косте, раз уж обещал.