Когда мы возвращаемся, мать читает книгу в гостиной, а отца нигде не видно. Мать отрывается от чтения:
– Ты помнишь, что я тебя и твою сестру называла Саламанда? Комбинация Саманты и Аманды. Мне это очень нравилось. «Саламанда, а ну вылезай из воды!»
– Мне тоже нравилось, – отвечает Аманда, и лицо у нее смягчается – редкий и короткий миг. – Ты не знаешь, где папа?
– Понятия не имею.
– Я сейчас вернусь.
Аманда уходит искать отца.
– Никсон любил в творог кетчуп добавлять, – говорю я матери Аманды в попытке завязать разговор. – На завтрак он обычно ел творог с кетчупом или черным перцем, свежие фрукты, пророщенную пшеницу и чашку кофе.
– Ну уж точно не на этой еде мама его взрастила, – отвечает она. – Мать Сайруса всегда готовила яичницу с белыми сухарями. У меня годы ушли, чтобы приучить его к нормальному завтраку. Где папа? – спрашивает она вернувшуюся Аманду.
– Лег спать. Решил, что уже пора и все разошлись.
– Вот тебе и вечер для игр, – говорит мать Аманды. – Мы собирались в скрабл играть. Твой отец очень хороший стратег.
Домой я приезжаю в половине восьмого, небо все еще светлое. Воздух полон обещанием весны, каждый день свет держится чуть дольше, растения становятся плюшевыми от новой зелени. Слышен стрекот кузнечиков, где-то лает собака.
На крыльце меня ждет тетка Рикардо.
– Что-то не так? – спрашиваю я, и она кивает:
– Мой муж ревнует, говорит, я слишком много времени провожу с Рикардо. А не мог бы Рикардо переехать к вам на время и тут пожить? Я буду делать все то, что делала, – готовить, убирать, стирать его одежду, – но пусть он поживет у вас.
– Он же должен ходить в школу, – отвечаю я.
– Школа его тут недалеко, автобус может подъехать.
– А что говорит сам Рикардо?
– Мистер, я вас прошу. Из-за вас погибла моя сестра и оставила меня с мальчиком, и это для меня слишком. У вас есть деньги, вы способны ему помочь. Я очень, очень любила сестру, но не готова. Ну почему надо всем ломать жизнь? Прошу вас, вы же такой симпатичный раздолбай.
Симпатичный раздолбай?
– Вы же не можете просто взять отдать мне Рикардо.
– Почему?
– Я государством не утвержден для этой роли.
– Но он же гражданин США, – говорит она. – Он здесь родился.
Надо бы ей объяснить, как работает система социальной помощи, но я отвечаю:
– Давайте я подумаю, что тут можно сделать. А тем временем заберу его у вас на уик-энд. Можно с ночевкой.
– Он был такой мамочкин ребенок!
Она начинает плакать.
– Не плачьте, пожалуйста, не надо.
Я сам чуть не пускаю слезу вместе с ней. Она шмыгает, чтобы перестать.
– Вам-то чего плакать? Вы большой белый мужчина, и у вас большой дом.
Как гром с ясного неба приходит открытка от Джорджа. На ней фотография какого-то отеля в Майами, сама открытка сильно потертая, как будто годами моталась вокруг света на дне чемодана.
Открытка (без обратного адреса) наводит меня на мысль, что у меня нет никакой контактной информации Джорджа – ни адреса, ни телефона для экстренного звонка. Я звоню в офис директора «Лоджа».
– Доброе утро, спасибо, что позвонили в «Лодж», новый конференц-центр руководителей в Адирондакских горах.
Я объясняю, что хочу говорить с главврачом.
– Одну секунду, прошу вас.
Звонок переводят.
– Отдел кадров. Вы ищете работу?
– Нет, – говорю я нетерпеливо и все повторяю. – Главный врач мне говорил, что останется здесь до августа. И знает ли кто-нибудь, где мой брат Джордж?
Трубку берет начальник отдела.
– Иногда ситуация меняется быстрее, чем ожидалось – одновременная смена владельца, сезон отпусков и заказ на большую конференцию в конце июля, – но я вам этого не говорил. Посмотрим, не может ли кто-нибудь раздобыть эту информацию, и я вам перезвоню.
Я звоню Рутковски, адвокату Джорджа. Как ни странно, он берет трубку после первого звонка.
– Вы знаете, где Джордж?
– Вот сейчас, когда вы спросили, – отвечает адвокат, – сообразил: понятия не имею. Подождите-ка… – Слышатся звуки, будто он копается в папках. – Видимо, его документы еще не пришли. Где-то потерялся в системе.
– У вас его адрес есть? Какой-то способ послать ему письмо или посылку? У него скоро день рождения.
– У меня есть карточка Уолтера Пенни, и на ней адрес. Наверняка можно что-то послать на этот адрес опекунам Джорджа, и до него дойдет.
Я записываю адрес.
– Когда я звонил в «Лодж», мне сказали, что главврача у них больше нет. Он не ваш родственник?
– Уже нет, развелся. Сейчас мы с ним не разговариваем. Я представляю свою сестру в процессе против него и, во избежание конфликта интересов, собираюсь передать дело Джорджа другому сотруднику фирмы.
