<p>Если бы я уехала</p>Письмо пришло. И Рубикон приближен.Как перейти его мне без потерь?Когда—то я мечтала о Париже.Но отчего так холодна теперь?Прошёл восторг былых надежд, иллюзий.Мне Францию своей не называть.Уехать бы и рада, но боюсь я,Что буду с ностальгией вспоминатьНе столько свою родину, больнуюКоррупцией, отчаяньем, враньём,Скорее ту, какою быть могла б, иную,Не эту, что разграблена ворьём.И тот, кто стал когда—то эмигрантом,Жалеет не места и города,А время, где душа взрастала амарантом,Где молодость осталась навсегда.Присуща чувствам по былому жажда,Но разум знает: утекла вода,И не войти нам в ту же реку дважды.И горек дым отечества всегда.<p>***</p>У мечты потёртый вид —Сильно износилась.Сколько лет и сколько зимС нею я носилась,Словно курица с яйцом.Старость наступила.Не ударив в грязь лицом,Пенсион скопила.Государство от щедротОтвалило сумму, —Чтобы только сыт был рот.Вам всё мало, умным.Остальное добирайЧтеньем и мечтами.Всем подай при жизни райС яблоком—цветами.Много вас таких в стране,На халяву падких.Охладись, пожив на дне,От мечтаний сладких.Ишь, затёрла как мечту,Как ведь износила…Здесь у нас другое чтут:Денежки и силу.А с тобой одна беда,Фантазёрка Люда.Эх, крапива—лебеда,Жди от жизни чуда.<p>Когда мне светила надежда уехать</p>В Лютецию – страну моей мечтыХочу уехать поздно или рано,Чтоб европейской приобщаясь красоты,Свои могла б зализывать я раны.Была б как музыка французов речьМне после мата повседневного для уха.Я каждый день свой научилась бы беречьДля жизни сердца, разума и духа.Пора прощаться с прошлым, жечь мосты,Расстаться с ним без сожаления и боли.Но, находясь в преддверии мечты,Как тот осёл, и я лишилась воли.И вроде б нечего на родине терять:Труд за копейки, старую «хрущёвку»,Но не могу никак решение принятьИ развязать все нити и верёвки.Там хорошо, где нет нас. Вот и всяПремудрость жизни. И куда б ни ехал,Зовёт нас, постепенно звук гася,Уже почти прошедшей жизни эхо.
