Господа фон Пирон, Бём и Шрёдер все время были с нами на этой встрече, которая проходила, как сегодня принято говорить, без галстуков. Они обходили вместе с советской делегацией один пивной павильон за другим, не чураясь никаких развлечений. Например, между командами ФРГ и СССР было организовано соревнование по стрельбе в тире с двигающимися и вращающимися мишенями. Советскую команду поручили представлять Виктору Яковлевичу Миронову и мне. К нашему большому удивлению, мы победили, за что получили около двадцати призов, которые были разделены поровну между всеми участниками турнира.
По пути в Эрланген мы посетили баварские города Мюнхен и Нюрнберг, хранящие свидетельства темного прошлого немецкого народа. В стоящем на реке Изар Мюнхене зародился и набрал силу фашизм. Здесь 9 ноября 1923 года молодая нацистская партия впервые попыталась силой захватить власть. Мы молча рассматривали огромный пивной зал «Бюргенброй-келлер», где собирались на свой шабаш фашистские молодчики, площадь, на которой они демонстрировали испуганным бюргерам свою строевую слаженность и бьющую через край жажду власти. Организатор коричневого путча Гитлер был осужден на пять лет тюрьмы, но уже через полгода помилован «за примерное поведение». В крепости Ландсберг ему ничто не помешало написать книгу «Майн кампф» («Моя борьба»), ставшую библией для нацистов.
Всплыли в памяти проглоченные войной лица близких, дни оккупации и сиротства. В голове мелькнуло: «Вот оно, логово, давшее жизнь человеконенавистнической идеологии! Отсюда, товарищ заместитель союзного министра, на твою землю пришли существа с черной душой. Они самонадеянно хотели лишить тебя всего, что дали тебе мать, родина, станица Марьинская. Но вопреки всему ты выжил, сформировался, занял достойное место и сейчас в качестве партнера одной из крупнейших фирм ФРГ спокойно гуляешь по городу, за которым так и осталась слава рассадника коричневой чумы». Правда, атмосфера современного города ничуть не напоминает ту послевоенную обстановку, когда желание достойно наказать главных нацистских военных преступников буквально накаляло воздух.
Так получилось, что во время работы в комиссиях стран-участниц СЭВ по энергетике мне много раз приходилось бывать в странах социалистического лагеря, но в ГДР — только единожды. Я хорошо был знаком с министром энергетики ГДР Мицингером и его заместителем Краузе. В рабочую группу секции тепловых и гидравленческих электростанций от ГДР входил начальник отдела по международным связям министерства энергетики Ахим Зауэр. Он принимал активное участие в работе секции, которую на очередной срок было поручено возглавлять мне. Любой обсуждавшийся вопрос по его инициативе либо отправлялся на доработку, как не соответствовавший интересам ГДР, либо принимался с массой лишних оговорок, совершенно ничего не дававших его стране. Видимо, противодействовать всему было его призванием. Но надо же было знать и меру! Ведь энергия — это только половина гения; другая его половина — узда. Во время одного из заседаний секции, проходившей на Ставропольской ГРЭС, я в шутливой форме высказал Ахиму все, что о нем думаю.
— Ну и зануда же вы, товарищ Зауэр! — влепил я тогда своему гостю. — Столько выпили моей крови — со счета собьешься. Я говорю вам со всей откровенностью, как только может говорить член КПСС члену СДПГ: просите у Бога прощения, иначе он вас накажет.
Ахим принимал мою шутку, смеялся от всей души и извинялся, заявляя при этом, что по-другому поступать все равно не может.
Когда произошло объединение Германии, фирма «Siemens AG» попросила меня приехать в Западный Берлин и среди нескольких подобранных кандидатов определить того, кто мог бы занять пост руководителя московского представительства департамента KWU («Производство электроэнергии») фирмы «Siemens AG». На приеме, организованном в одном из ресторанов, собрался весь цвет фирмы «Siemens AG», в том числе Бём, Шрёдер, Петер Шведманн и другие руководители. Бём сообщил, что скоро должен подойти один из кандидатов.
Каково же было мое удивление, когда им оказался Ахим Зауэр! Я вышел к нему навстречу и обнял своего старого соратника. Было заметно, что Ахим чувствовал себя не в своей тарелке, сильно волновался: от его прежней бравады не осталось ни следа. Скорее всего, его не предупредили, кто будет принимать участие в «смотринах». Да и меня он, видно, не ожидал встретить. Он понимал, что должен будет преодолеть большой барьер, реально выстроенный властями новой Германии для всех, кто все это время жил и работал в ГДР.
Я сразу же заявил, что фирма «Siemens AG» нашла достойного кандидата для московского представительства.
— Господин Зауэр — грамотный, дисциплинированный и исполнительный до мелочей специалист, — объявил я во всеуслышание. — Все эти его положительные качества я прочувствовал на себе в процессе наших предыдущих контактов.