Уследить за этим странным движением сложнее, чем за любым обычным полётом, поэтому Гохка не успевает за ними, даже несмотря на более высокие показатели.
Почти никто не сможет поймать таратектов-марионеток в таком пространстве, где они могут использовать нити в полной мере, за исключением, может быть, кого-то вроде Хьювана, самого быстрого из древних драконов.
И как только Гохка перестал двигаться, нити обвились вокруг него.
Он замер лишь на секунду, не зная, за кем из таратектов-марионеток гнаться, когда они разделились на две группы.
Этого времени хватило, чтобы его тело обмоталось нитями.
И вот они начинает резать его.
Гохка окружает себя молниями, сжигая нити, и ему удаётся спастись.
Но он всё равно получает несколько серьёзных порезов, не сумев вовремя вырваться.
Нгуен использует своё огненное Дыхание, чтобы остановить их дальнейшую атаку, но таратекты-марионетки имеют явное преимущество.
Они побеждают не только потому, что так хорошо работают вместе, но и потому, что Нгуен и Гохка, наоборот, вообще плохо работают вместе.
Нгуен не может угнаться за быстрыми движениями Гохки, а Гохке и в голову не приходит пытаться держать один темп с Нгуеном.
Всё-таки этот Гохка и впрямь тот ещё болван…
Так что вместо игры «четыре против двух» это больше похоже на «четыре против одного и одного».
Вдобавок ко всему, поддержка огнём со стороны Королевы и её выводка ещё больше затрудняет передвижения Нгуена и Гохки.
Королева — самая большая угроза из всех, и два дракона не могут просто игнорировать её.
Но неужели они думают, что смогут следить за передвижениями Королевы, одновременно сражаясь с таратектами-марионетками?
Они переоценивают и Королеву, и марионеток.
Все таратекты-марионетки разом выстреливают заклинаниями Тёмной Магии.
Нгуен и Гохка, уклоняясь от ударов, уже было рванули в разные стороны, но внезапно остановились в воздухе.
На лицах обоих появляется выражение тревоги.
Они были захвачены нитями, слишком тонкими, чтобы их можно было увидеть невооружённым глазом.
Пока они сражались с таратектами-марионетками, Королева незаметно окружила их нитями. что они даже не заметили.
Да и как они могли это заметить, когда сражались с четырьмя элитными бойцами и одновременно пытались следить за Королевой?
И даже эти тонкие нити достаточно прочны, чтобы на мгновение лишить Нгуена и Гохку возможности двигаться.
Заклинания Тёмной Магии таратектов-марионеток попали в цели.
Магия не очень эффективна против драконов, благодаря их навыкам из линейки Чешуя Дракона.
Но и это не пустяк.
Заклинания бьют по чешуе драконов, повреждая её.
Затем таратекты-марионетки оказываются рядом.
Запутавшись в нитях и ещё не оправившись от шквала заклинаний, Нгуен и Гохка не могут отразить атаки таратектов-марионеток.
Они не могут ни уклониться, ни защититься, так как четыре бойца с шестью руками наносят в общей сложности двадцать четыре удара.
Вскоре Нгуен и Гохка оказываются покрытыми ранами, из которых повсюду капает кровь.
Теперь для них всё безнадёжно.
И тем не менее, это два верховных правителя могучих древних драконов.
Из тела Нгуена вырывается яростное пламя, а Гохка окутывается фиолетовыми молниями.
Таратекты-марионетки находятся слишком близко, чтобы успеть увернуться.
Прямые попадания огня и молний превращают таратектов-марионеток в пепел… или, по крайней мере, их кукольные тела.
Но из марионеток выпрыгивают их настоящие тела, о чём не подозревают Нгуен и Гохка.
Четыре паука размером с ладонь кружатся в воздухе.
Нити, которыми они управляют, обретают режущую кромку и вонзаются в тела двух драконов.
Помните, что внешность таратектов-марионеток — это всего лишь куклы.
Хотя они служат и броней, и оружием для крошечных паучков внутри, но, можно сказать, что не более того.
Крошечные истинные формы таратектов-марионеток могут показаться слабыми, но все их характеристики и навыки сохраняются даже вне кукол.
Иными словами, даже при таких размерах их показатели исчисляются десятком тысяч.
Они достаточно сильны даже без кукольных тел.
А теперь их атаки Режущей Нитью становятся завершающим ударом.
Нгуен и Гохка больше не двигаются.
Поскольку их тела всё ещё опутаны нитями, они обмякли в воздухе, словно распятые.
Рот Нгуена слегка шевелится, и его тело растворяется в пыль.
Видя это, Гохка тоже что-то говорит, и с его телом происходит то же самое.
…Они отдали себя Системе.
Я не была очень близка ни с одним из них.
Но мы, конечно, знали друг друга очень долго.
Теперь этих обычных старых знакомых больше нет.
И хотя я испытываю некоторую грусть от этой утраты, она также недвусмысленно говорит мне о том, что конец уже близок.
После минуты почтительного молчания в память о Нгуене и Гохке, храбро сражавшихся до самого конца, я произношу несколько слов благодарности в адрес таратектов-марионеток.
— Вы всё сделали отлично.
Не то чтобы они могли услышать меня с такого расстояния, но здесь важны чувства.
Таратекты-марионетки с грустью смотрят на обугленные останки своих кукольных тел.
Широ сделала эти тела специально для них.
