Она имела ввиду себя, Альберта, Маргариту и… Ричарда. И это удивило графа. Джования Августа Хальбург видела в нём человека, на которого она рассчитывала. Вопрос оставался лишь один: считала ли она его равным себе или рассматривала исключительно, как живой инструмент для достижения поставленных целей? Отчего-то Шенборну вдруг сделался важным ответ на него.
Он неспешно вывел своих леди к фонтану среди розовых кустов.
В центре беломраморной чаши стояла статуя девушки в тоге. Девица наклонялась над водой с кувшином в руках. Из этого кувшина с журчанием лилась струя воды. Ричард помнил этот фонтан ещё с детства. Однажды король Карл рассказал им с Вильгельмом, что сто лет назад этот фонтан построили для праздников, когда по нему пускали вино вместо воды. И тогда из кувшина лился алый напиток, который могли набрать все желающие. Но подобное действо получалось невероятно расточительным. Кроме того, промывать фонтан до и после праздника было весьма непросто. И от этого способа применения быстро отказались. В тот день Вильгельм заявил, что однажды обязательно прикажет отмыть фонтан и запустит по нему вино в честь отца. Карл тогда долго смеялся.
Шенборн остановился возле фонтана и оглядел его. По мху на камне и зелёному налёту внутри чаши он пришёл к выводу, что Вильгельм, к счастью, оставил эту глупую затею. В противном случае половина двора наверняка слегла бы с каким-нибудь кишечным заболеванием.
Маргарита присела на край фонтана и, протянув руку, смочила ладонь прохладной водой, чтобы потом приложить её к шее. От удовольствия она прикрыла глаза, а Ричард жадно проследил взглядом за теми капельками, которые сбежали по её коже и впитались в кружево по краю декольте.
Джования же отпустила его локоть, чтобы сесть на широкий мраморный бортик подле принцессы. Только умываться или мочить руки она не спешила. Королева просто покрутила между двумя пальцами цветочек и тихо спросила, обращаясь к Ричарду:
– Что гложет моего
От этого взгляда графу сделалось ужасно неуютно. Ему казалось, что Джо видит его насквозь, со всеми его помыслами в отношении нежной Марго. А ведь ему полагалось смотреть на неё, как брат смотрит на сестру. Потому что теперь она сделалась ему именно сестрой. Не более чем.
Он прочистил горло, отворачиваясь.
– Мне кажется, проще сказать, что его не гложет, – вкрадчиво заметила Маргарита.
– На самом деле, сегодня меня посетила одна важная мысль, – Ричард решил увести разговор в другое русло. – Что если Хальбургам заручиться внешнеполитической поддержкой через династический брак?
Джования слушала с интересом. Но вот Марго решила, что речь идёт именно о ней, потому как немедленно возмутилась:
– Исключено, – Маргарита нахмурилась. – Брат уже получал предложения из Империи Квирет от самого императора, а также из Ровенбада и даже Брейсхейма от их высокородных аристократов. Но брат всем деликатно отказал. Отвечал, что уже просватал меня самым выгодным для Атенлау образом. А мне пообещал, что против моей воли меня не выдаст ни за кого. Потому и забрал меня от матушки. Она спала и видела, как посадит меня на чужой трон рядом с каким-нибудь старикашкой-королём.
Марго хотела было в возмущении встать и уйти, но Джо удержала её за руку, заставив снова сесть на место.
Цветок шиповника королева выронила в фонтан, и он поплыл по водной глади маленьким розовым корабликом.
– Я вовсе не о тебе говорил, – Ричард примирительно улыбнулся ей. – Поверь, никто тебя против желания замуж отдавать не станет.
– Тогда о ком? – Маргарита несколько успокоилась, хоть всё ещё и выглядела возмущённой.
– Я говорил о сватовстве для принцессы Гертруды, – ответил Шенборн.
– Ей всего пять, – Джо приподняла брови.
– А Роберту Марлоу, наследному принцу Солверина, семь. И он всё ещё не нашёл себе невесту, – Ричард понизил голос так, чтобы за журчанием воды его слов не могли разобрать остановившиеся поодаль стражники. – Я знаком с ним. Роб – славный и благовоспитанный мальчик. Очень добрый и неизбалованный. Отец строг с ним, потому что старается вырастить себе на смену достойного правителя. Если бы я выбирал мужа для дочери, то уже сейчас сделал бы всё, чтобы заполучить Роба. А с ним и верность Солверина.
Джования повернулась так, будто пытается достать упавший в воду цветок, а сама спросила:
– Вильгельм об этом знал?
– Нет, я хотел поговорить с ним лично, – Ричард наклонился между ней и Марго и достал розу. – Жалею, что не успел, – он отряхнул цветок и вернул его Джо.
– Каллум Марлоу на это не пойдёт, – Джования покачала головой. – Мы слабы сейчас. Атенлау в тяжёлом положении. Боюсь, что такое предложение будет выглядеть как унизительная просьба подачки. Каллум, как король, жесток и непреклонен. Уж ты должен об этом знать.
– О, я знаю, – Ричард лукаво улыбнулся, а потом наклонился к дамам: – А ещё я знаю, к чьим уговорам он прислушается.
Джования и Маргарита переглянулись. Принцесса пожала плечами.
– К чьим же? Неужели, к твоим? – предположила она.
