Внешность ангела, душа дьявола, шлейф из злодеяний, клеймо на плече. Р
Книге «Да, та самая миледи» в моем лице попался благодарный читатель.
Я обожаю качественные романы «плаща и шпаги» — с атмосферой, деталями, с «высоким лексическим бюджетом».
Маркетологи, наверное, не считают целесообразным делать ставку на такого читателя, как я. Вторят классику: «Узок круг тех бойцов, страшно далеки они от народа». Редкие читательские удачи и длинный список разочарований, эрзац-чтива…
«Да, та самая миледи» — лучшее авантюрное чтение из того, что попалось мне в руки за последние пять лет. Пять лет «безрыбья». А организм требует и кальция, и фосфора. И сумма моих ощущений от чтения этого романа, как от чтения сабатиниевского «Лета святого Мартина», или употребления хорошего кофе-капучино с самарским шоколадом.
Такой текст нужно читать сибаритски — в кресле, укрывшись пледом. И чтобы в наушниках — «Скрипичная музыка эпохи барокко».
Как там этот фермент называется? Серотонин?
Образцовый приключенческий роман — легкий, стильный, с ветвистой интригой. И одновременно — феминный триллер.
Хотя не это главное…
Миледи получилась живая, чувственная, яркая, трогательная. Она живет и дышит, взрывная смесь Маргарет Тэтчер, Настасьи Филипповны и Шерон Стоун (простите за шутливый схематизм).
Есть и… макабрически красивые сцены… которые долго остаются под веками, не смаргиваются как след от магния — эпизод с повешеньем — прекрасен — «костер из платий», «взвеивает подолом пепел сарабанда ненависти» — пластика. Два штриха — и глазной нерв воспален — «платье сохранилось лучше мамы», живот как болотная кочка (ненависть к лафе-ровскому семени), потом — возрожденная теплота материнства — и все в одном абзаце. Много еще…
Роман захватывающий и человечный. Потрясающий ход — психологическая подоплека классических диалогов Дюма в интерпретации миле-Ди — достоверно. Интерпретация противостояния миледи и мушкетеров — хороша и по замыслу, и по исполнению. Сюжетные натяжки Дюма (глотая в детстве «Трех мушкетеров» — просто не замечаешь, сколь щедро по тексту рассыпаны ляпы) приобретают психологическую достоверность в устах «обер-злодейки»… Такое странное, но убедительное преломление — особенно в сцене суда и казни, когда наглядно и концентрировано демонстрируется циничная подоплека расправы.
И в целом — сюжетные повороты пригнаны как кольца кольчуги (или петли фламандского кружева).
Высококалорийное читательское удовольствие.
Благодарю.
«Нэ так все было» — однажды произнес И.В.Сталин.
Эти четыре слова можно поставить эпиграфом к любой книге жанра криптоистории.
Берется какое-нибудь событие или явление из реальной истории. Желательно — известное всем. На худой конец — описанное в классическом литературном произведении. Таком, как, например, «Три мушкетера» Александра Дюма. А дальше — рассказываем, как все это было «на самом деле».
На первый взгляд — все просто. Но автор должен выбрать один из двух путей. Путь первый — сказать: «Нэ так все было. Савсэм нэ так. А вот как — мы сейчас расскажем».
И рассказать.
Большинство авторов так и поступают. Этот путь — путь свободного творца, не скованного ограничениями. Нужно будет — изменим сюжет, изменим характеры. Понадобится — поменяем местами добро и зло. «Черная книга Арды» Н.Васильевой, «Д'Артаньян — гвардеец кардинала» А.Бушкова. Достойные книги.
Но есть и другой путь. Он сложнее.
Поверить оригинальной версии. Принять ее как данность. Признать: да, в оригинале написана правда. Но вся ли? Одну сторону мы выслушали, но что будет, если заслушать и другую сторону?
Заслушиваем.
Перед нами знакомые с детства герои. Тот же сюжет, те же поступки. Те же самые слова — с точностью до знаков препинания. Что же добавилось? Мысли главной героини. Немного предыстории. И все. А картина — совсем другая, не та, что мы помним.
Что ж, надо признать — у автора получилось.
Франция
1638 г. от Р.X.
Восьмое сентября
Провинция Пуату.
Уютный замок близ местечка под названием Ришелье…
Не люблю запах дыма от поленьев, наготовленных из фруктовых деревьев, хотя и считается, что он самый ароматный. В моем поместье топят только сосной. Эта нелюбовь, наверное, от матушки. Она тоже его терпеть не могла, и когда мы с братьями были детьми, часто рассказывала, что бабушку сожгли, как ведьму, именно на таком костре. Уж очень она была красивая. Маленькой я слепо верила в эту историю, когда подросла, засомневалась, но матушка показала документы тех времен, все оказалось правдой, только о яблоневых поленьях нигде не упоминалось. Но детское отвращение к их сладкому дыму осталось. Смешно.
Скоро полночь. Давно пора спать.
