Любой, кто хотя бы слышал о боевых искусствах, непременно слышал и о том, что они полны секретов. Сейчас, когда спорт окончательно оторвал от традиционных корней так называемые «восточные единоборства», пришла пора открыть эти «тайны», чтобы вновь наполнить смыслом выхолощенные классические формы современного у-шу, каратэ, тэквондо, — каким бы стилем вы ни занимались, все они основаны на одних и тех же принципах.Книга, которую вы держите в руках, принципиально отличается от известных вам пособий по рукопашному бою и спортивным единоборствам. Без недомолвок и секретничанья она дает вам образ практического боевого искусства как целостной системы построения индивидуального боевого мастерства, дает ответ на вопросы, возникающие при обучении, предостерегает от основных ошибок, возникающих при превращении боевого искусства в спорт. Книга является смысловым ядром, принципиальной базой для множества последующих изданий, призванных детально иллюстрировать изложенные в ней основы. Известное до недавних пор только немногим последователям, искусство пресечения боя, несомненно, достойно внимания как специалистов различных стилей и направлений, так и самого широкого круга читателей.
Сейчас ажиотаж вокруг искусств, созданный слухами и легендами о тайнах некогда запретного у нас каратэ, утих. К вашим услугам и каратэ, и айкидо, и у-шу, и невиданные прежде тэквондо и вьетводао. Федерации и клубы наперебой предлагают свои услуги, обещая сверхчеловеческую силу, потрясающую растяжку и сверхъестественные прыжки но, так или иначе, это всего лишь растяжка, всего лишь прыжки. Этим уже трудно заинтересовать.
Каким образом боевое искусство сможет изменить нашу жизнь, какие его секреты сделают нас сильными и уверенными не только на ринге или в темном подъезде, а и за столом переговоров, в семейных конфликтах, выборе жизненного пути?
Чтобы стать хозяином собственной судьбы, нужно рассматривать жизнь, как бой, требующий четких и безошибочных решений в постоянно меняющейся ситуации. Насколько этот бой будет успешным, зависит только от искусства самого бойца.
На самом деле все зависит только от нас. Большинство наших благих намерений тонут в беспочвенных мечтах вроде: «Вот если бы я был так-то… Если бы моим Учителем был то-то… Если бы я имел то-то…»
Подобных оправданий ищет только слабый духом, как на костыли опирается только убогий.
Пусть весь мир, неизмеримо сложный, со всеми сокровищами своих знаний, станет для вас Учителем.
Воспринимайте слова каждого человека, говорящего с вами, как наставление своего Учителя, — воспринимайте так каждый жест, каждое из явлений, окружающее вас, и тогда вы поймете, каким образом может неграмотный китаец изобрести новый стиль кунг-фу, понаблюдав как-то вечером с крылечка за дракой двух петухов.
Если же вы не считаете необходимым добиваться такого состояния сознания, что ж, вы повторите путь тех, кто, наблюдая по десятку, а то и более лет, за китайцами, занимающимися «гун-фу», до сих пор с глубокомысленным видом твердит о его тайнах — твердит, ибо считает тайной то, что так и не удосужился понять: нет в нем никаких тайн, кроме одной — как ухитриться заниматься, не переставая, изо дня в день?
И не надо за этим ездить в Шаолинь или ждать пришествия мастера из того же Шаолиня. У всех людей руки и ноги сгибаются в одну и ту же сторону, и нет среди всех возможных движений таких, которые вы не в силах бы были придумать и научиться выполнять самостоятельно.
За пятнадцать лет я попробовал свои силы в более чем десяти различных стилях боевых искусств — и спортивных и неспортивных. Мне посчастливилось встретиться с хапкидо, которое помогло мне понять смысл боевого броска; я был основательно «обработан» тайским боксом; мне удалось прочувствовать на себе стремительные атаки редкого в своей жестокости стиля Да-цзе-шу чаньтун, а мастер тэккен из практически исчезнувшей сейчас даже в самой Корее ветви Пак, как сказалось, жил в получасе ходьбы от моего зала. И, наконец, я познакомился с учением Чжоу-И, которое открыло мне безграничность возможностей человека.
Старинное китайское учение о циклических переменах имеет множество толкований и смысловых слоев, но никогда не дошло бы до наших дней и не имело бы такого влияния на весь уклад традиционной жизни Китая, если бы не имело реального, практического применения, доступного каждому. И первым, самым начальным его этапом для многих людей стало боевое искусство — как искусство, наиболее необходимое для выживания в экстремальных ситуациях.
Боевое искусство — не более чем один из способов войти в единую систему практического знания о мире. Таким же входом для кого-то является акупунктура, массаж, экстрасенсорика (т.е. цигун), астрология, — как и физика, и математика, и поэзия, Мы привыкли видеть в них совершенно разные вещи и изучаем их раздельно, тратя на это огромное количество времени, которое потом уже никто не сможет нам вернуть.
Обладая едиными принципами построения Системы, мы способны выполнить практически любой прием, решить любую задачу, самостоятельно и целенаправленно разработав все необходимые компоненты.
Принципы едины — значит, можно изучить любую науку, овладеть любым навыком, поскольку под разнообразием окружающего мира мы будем способны различить единую суть. Возможность для этого дают законы перемен. Один из путей к их постижению дает практика боевого искусства.
В старину говорили, что боевое мастерство подобно горе, на вершину которой ведет множество тропинок-стилей, начинающихся в разных местах, но сливающихся воедино на вершине. Это естественно, поскольку их инструмент один и тот же — человеческое тело, человеческое сознание.
В процессе сравнительного анализа древних методик постепенно выяснилось, что в большинстве они описывают одни и те же всеобщие принципы, пользуясь для этого различными обозначениями.