Кайлос с улыбкой на устах покинул тёмную комнату, оставив Дориана в экстазе. В первые за много лет служитель смерти смог встретить того, кто верен греху так-же, как Майлз пламени. Служители империума тоже не стали задерживаться и под прицелом наёмников вошли на борт судна. Как только оно пересекло нейтральную границу, Дориан и Сионис начала смеяться, представляя картину того, как миллиарды будут корчиться в агонии и захлебываться в собственной крови, когда война начнётся по настоящему. Один Император внёс в галактический баланс огромный дисбаланс, но двое могут изменить и саму ткань мироздания. От этой мысли Дориан пребывал в небывалом наслаждение. Закончив с минутой радости, наследник вышел на связь с братьями и попросил их передать отцу одно сообщение.
"Хаос начинается".
В течении многих часов императрица не могла найти себе покоя в родовом замке под защитой собственного мира. Каталина не хотела сидеть на месте и просто ходила по гостиной дворца от одного окна к другому, глядя в небеса, где решается дальнейшее будущие сектора и многих жизней. Ведь от части в произошедшем она видела свою вину. В том, что не смогла остановить своего мальчика от необдуманного поступка. Но кинув взгляд на него, Каталина поняла, что никто и ничто, не смогло бы остановить его в порыве пылающего гнева. Майлз в свою очередь был спокоен и по связи обговаривал с техниками все нюансы починки имперского судна, которое уже могло выйти на орбиту, без рисков сожжения в атмосфере. Наследник зажёг небольшой канделябр и начал смотреть на долгое горение свечей. Сирена также находилась рядом с ним, но единственное, что волновало воительницу, где найти святое пиво для своего спасения. Каждое движение и резкий звук заставляли её ненавидеть жизнь ещё сильнее, чем обычно.
(Майлз) — Он предупреждал тебя не пить. Похмелье от стима в десятки раз сильнее. Держи. Снимет боль.
Сирена взяла небольшой шприц из рук повелителя пламени и не задумываясь вколола себе содержимое. Через пару минут воительница смогла поднять голову и убрать руки от ушей, чтобы не слышать убивающий голос Майлза и невыносимые шаги Каталины. Мир в одно мгновение снова стал серым и угрюмым. Действие алкоголя рассеялось достаточно быстро, не дав насладиться им полностью. Но избавившись от агонии, Сирена ударила кулаком в плечо наследника, чтобы выразить свою благодарность.
(Майлз) — Хорошее обезболивающее. Сам колю его, когда фантомная боль возвращается.
Императрица суетливо продолжала носиться, не находя себе успокоение. Сирена глядела на неё словно на маятник, который по инерции двигался из одной стороны в сторону. Вино от лёгкого гипноза императрицы захотело вырваться наружу, заставляя Сирену вновь отвести взгляд и бездумно пялиться в покрытие стола. Случайно задев ногой нетронутую бутылку вина, воительница по мышечной памяти открыла её и хотела сделать глоток, но остановив себя в последний момент, позвала Каталину присесть и расслабиться, чтобы потом не оттирать пол от содержимого желудка смертоносной певицы. Майлз согласился с подругой, сделав простой вывод, после которого императрица послушалась и присела за стол, держась обеими руками за бутылку. "Волнение излишне. Всё равно война придёт во все уголки вселенной, это вопрос времени и имеющихся ресурсов". Сделав пару глотков, Каталина немного расслабилась и было дело, позабыла о проблемах. Но сообщение от Дориана вновь заставило её нервничать и двигаться.
(Майлз) — Понятно.
(Сирена) — Что там? Не тяни. Скоро мы провалился в низ, под протиркой пола от шуршания твоей мамаши. Без обид Кейт.
(Майлз) — Союз заключён. Мир корабль вне опасности, но нам нужно готовиться к очередному конфликту. Триада сильный соперник, нужно узнать больше.
(Сирена) — Значит шакал согласился. Дадим рожку в соседних секторах, от которого мироздание содрогнется. Когда начинаем?
(Майлз) — Он вернётся и вс` сам расскажет. Просто ждём.
Услышав слова своего мальчика, Каталина допила вино и легла на диван. Практически сразу уснув от отпустивших её переживаний. Майлз накрыл мать одеялом и сунул мягкую подушку ей под голову. Затем сел рядом и начал смотрел на ту, кто заставляет его свыкаться с вечной тюрьмой и болью. Сирена наблюдала за картиной и случайно произнесла в слух свои мысли.
(Сирена) — Понимаю, почему Рамон зажигал на концертах с нею. Я была бы не прочь сыграть на её губной гармошке. Жаль только, что твой папаша забрал моё чёрное сердце…. Чёрт…..
Майлз повернулся в сторону воительницы, достав свой бронированный пистолет, и медленно навелся на плечо Сирены, готовясь спустить курок. Но сон матери был для него важнее. Медленно убрав пистолет в кобуру, Майлз попросил подругу отправиться во двор для встречи Дориана и его Арлекина, которые несли благую весть для Мира корабля и приговор для миров, принадлежащих триаде. Воительница шатаясь, сразу покинула горячую голову, она прекрасно понимала, что он нажмет на крючок.
