Да здравствует Король! полностью

Надо так понимать, что эти люди свои проблемы решили. А мне еще писать и писать: статьи, заявки на патенты, в Редстон – просьбу засвидетельствовать уникальный характер изгнавшего Ведьмину Плешь заклинания. В Суэссон – Четвертушке, чтобы приехал за Ляки. В Краухард – маме, чтобы пересмотрела подход к воспитанию детей. У меня, между прочим, сестренка есть, что, если она вырастет такой же оторвой, как Лючик? Меры нужно принимать до того, как ситуация выйдет из-под контроля!

Морской черт сдался (наверное, осознал, кого рискует заполучить в утопленники), шторм нас не догнал, беженцы без возражений свалили в свой карантин, и жизнь стала налаживаться. В Золотую Гавань мы заходили при чистом небе, ярком солнце и почти полной неподвижности воздуха. Но разве после Тималао это – жара?

Набережная клубилась народом – гуляющие, встречающие, кого-то привлек оркестр, да и военный корабль на рейде – то еще зрелище. И тут меня развели, как ребенка: катер, забравший команду Ридзера, ушел к армейскому пирсу (пустому и просторному), а мой – устремился прямо в это месиво, типа гражданского – к гражданским. Протестовать было поздно, виновные помахали мне с высокого борта ручкой, настроение стало стремительно ухудшаться.

На берегу меня дожидались пресловутая ковровая дорожка и Аксель – родина готовилась заключить меня в тесные объятия. Координатор юго-западного региона смотрел тускло (как же, всенародно чествуют, но не его!) и желание пошло скандалить отбивал на раз. Рядом, взявшись за руки, стояли мама (отлично, отдам письмо прямо в руки) и Джо. Да-да-да, он-то мне и нужен. Хочу посмотреть в глаза отцу Лючика! Чувствует ли он какую-нибудь ответственность за собственное чадо? Это ж надо такого кадра воспитать – Искусники тихо плачут.

Но сначала – цирк с конями (среди встречающих обнаружилось полдюжины журналистов). Вот почему Ридзер слинял! Ненавижу.

Несчастные самоубийцы, как радостно они ломанулись мне навстречу! Если бы маму и Джо сейчас толкнули, я бы на них Макса напустил. Но есть у этой публики чудесное свойство – пролезть в любую задницу, не давая повода для драки. Причал погрузился в яркие вспышки и клубы белого дыма.

– Каково ваше впечатление об И’Са-Орио-Те?!!

– Государство победившего маразма.

Писаки на мгновение притихли и что-то скорректировали в уме. А в чем беда? Они же знали, кого встречают!

– Возникали ли у вас конфликты с местными жителями?

Это когда меня отравить пытались и в наручники заковали?

– Спорные вопросы были, но их удалось решить ко всеобщему удовлетворению.

Я, например, остался доволен.

– Что вам больше всего запомнилось?

Гадость им сказать или что-нибудь из приятного?

– Кормили хорошо. – Я не имею в виду овсянку. – О! Лича видел. Забавное существо.

И чего так бледнеть? Я же сказал «видел», а не «с собой привез»!

– Какие рекомендации вы можете дать путешественникам?

Полагаю, «отказаться от путешествия» – в расчет не принимается.

– Нанимать для сопровождения армейских экспертов: магия – единственное, что позволяет гарантировать результат поездки. – В конце концов, даже Пиркет добрался до Кунг-Харна. – Летом там без теплового насоса все равно делать нечего.

– Встречались ли вам жертвы потустороннего?

Вот же ж шутники! Часто ли нежити оставляют что-то, пригодное для опознания?

– Ведьмина Плешь выела долину Тималао по самый Тусуан. Как вы думаете, были ли при этом жертвы?

– Вам удалось изгнать карантинный феномен, это – правда?

– Да. – К Шороху ложную скромность. – И я ответственно заявляю, что это – не разовая акция, а начало нового этапа в развитии демонологии. Отныне для боевых магов не существует ничего невозможного!

Почему-то слушателей мое заявление не воодушевило. Неблагодарные!

– Как вы прокомментируете высказывание Прудеса Малани?

– О чем высказывание?

– Помощь правительства жителям Са-Орио совершенно недостаточна!

От этих слов все, увиденное и пережитое мною в И’Са-Орио-Те, непередаваемо растопырилось внутри. Мне надоело быть отзывчивым и самоотверженным, я не желал выглядеть милым и обаятельным!

– Какая такая помощь, не пойму, о чем вы? Внутренние районы Тималао представляют интерес только как полигон для испытания новых проклятий! Чем я и занимался, при полной поддержке армейского руководства и представителя надзорных органов (как вы понимаете, в Ингернике мы себе такого позволить не можем). Вы что, собственных статей не читаете? Империя десять лет позиционировала нас как вотчину еретиков и плацдарм будущей экспансии. Страну, которая не желает уживаться с тобой мирно, не спасают, а уничтожают! Потом можно использовать труп. Что вы на меня так смотрите, будто некроманта увидели? Да, я некромант! Это древняя, уважаемая профессия.

Макс широко зевнул. Очередной фотограф уронил вспышку. Занавес.

Возвращения в Ингернику, родину не тела, но души, Саиль ждала с нетерпением. Ах, каким восхитительно приятным становится путешествие, если заботу обо всем берут на себя взрослые! Саиль виновато вздохнула и принялась лентяйничать напропалую.