— Мое имя Гетри Стоянович, — сказал пленник. — До недавнего времени я был шефом службы безопасности Информационного отдела, одной из самых мощных спецслужб Сферы. Однако новому руководителю отдела Марату Шалиеву я пришелся не ко двору. Отношения между нами были настолько враждебными, что я понял, что одной отставкой дело не обойдется. Дабы сохранить себе жизнь, я счел за лучшее вовремя скрыться. С тех пор, вот уже без малого год, я нахожусь на нелегальном положении. Исчезнуть не составило для меня труда, поскольку я заранее готовился к этому. У меня имелось несколько крупных счетов в банке на вымышленные имена, два десятка полных наборов поддельных документов, ни в чем не уступающих настоящим, и конспиративные квартиры едва ли не в каждом секторе. Я успел убрать из компьютеров службы безопасности данные почти по всей агентурной сети, созданной моими сотрудниками, и теперь она находится только в моем распоряжении. Кроме того, в службе безопасности осталось несколько преданных мне людей, которым я доверяю. От них я и получил информацию о прибывших в Сферу двух группах землян. Хочу поставить вас в известность, что вторая группа сейчас находится на территории Информационного отдела и ведет переговоры с Шалиевым о том, чтобы в кратчайшие сроки провести операцию по ликвидации вашей команды.
— Чем же мы обязаны тому, что вы проявляете столь трогательную заботу о нас? — удивленно приподнял левую бровь Юрген.
— У нас с вами близкие цели, — ответил Стоянович.
— И как же вы представляете себе наши цели?
Стоянович отбросил в стороны полы плаща, положил ногу на ногу и сцепил пальцы рук на колене.
Юргену определенно импонировало то, как держал себя пленник. В движениях Стояновича не было суетливой нервозности. Он вел себя уверенно, как человек, знающий цену себе, но без показной бравады. Если он хотя бы в какой-то степени испытывал неуверенность и страх, то умело это скрывал. Присущие ему самоуверенность и высокомерие почти не проявлялись. Обычно не слишком умело владевший своими эмоциями, Стоянович сейчас держал свои чувства в узде. В унизительной роли допрашиваемого ему приходилось выступать впервые, но он заставил себя смириться с ней, понимая, что иного пути к поставленной им перед собой цели нет.
— Земляне из второй группы уверяют, что на Земле вы объявлены вне закона, — начал излагать свои мысли Стоянович. — Челнок вы захватили силой, и, видя то, в каком состоянии он сейчас находится, можно сделать вывод, что управляли вы им не очень умело. Судя по тому, что вы прихватили с собой изрядное количество оружия и не торопитесь вступить в контакт с властями Сферы, вы намереваетесь продолжить здесь ту же деятельность, которой отдавали предпочтение на Земле. Я думаю, что если бы вам удалось захватить оба челнока, то, прибыв в Сферу, вы выдали бы себя за официальных представителей Земли. Но то, что параллельно с вами в Сфере действует вторая группа землян, основательно спутало ваши карты. Сейчас вы выжидаете, надеясь, что на связь сумеет выйти ваш человек, внедренный во вторую группу землян. Конечная ваша цель — генераторы силовых установок поля стабильности, захватив которые можно выдвигать любые требования как Сфере, так и Земле. Угроза уничтожения Сферы заставит быть покладистыми самых несговорчивых.
— Ваша осведомленность заслуживает восхищения, — сухо произнес Юрген.
— Честно признаться, о ваших планах я узнал совсем недавно, слушая разговор двух часовых возле челнока, — усмехнулся Стоянович.
— А что вам известно о готовящейся операции? — перешел к вопросу, который интересовал его в наибольшей степени, Юрген.
— Почти все, — ответил Стоянович. — По крайней мере, вполне достаточно, для того чтобы отразить нападение.
Сказав это, Стоянович неожиданно умолк.
— Я слушаю вас, — после нескольких секунд ожидания решил напомнить о себе Юрген.
Стоянович изменил позу. Поставив обе ноги на пол, он наклонился вперед и оперся локтями о колени.
— Мы еще не обговорили наши взаимные интересы, — сказал он.
Взгляд, которым он одарил при этом Юргена, был отнюдь не невинным. «Ты можешь сделать со мной все, что захочешь, — говорил этот взгляд. — Но подумай, что будет после этого с тобой?»
Однако на террориста он произвел впечатление прямо противоположное тому, что ожидал Стоянович. Пленник, набивающийся в союзники, начал торговаться, а это означало, что и его позиция далеко не идеальна. Если, конечно, он попросту не был агентом, подосланным службой безопасности. Последнее беспокоило Юргена меньше всего. Человек, сидевший напротив него, мог еще не догадываться о своей дальнейшей судьбе, но Юрген-то точно знал, что у него очень мало шансов покинуть сектор Ньютона живым.
— А разве у нас есть общие интересы? — изобразил удивление Юрген.
— Я думаю, мы сумеем их найти, — ответил Стоянович. — Все дело в том, что ни вы, ни я не можем достичь своей цели друг без друга.
— Ну-ну, — откинувшись на спинку стула, Юрген положил ноги на угол стола, который при этом предательски качнулся. — Интересно будет послушать.
— Сколько у вас людей? — спросил Стоянович.
