– Именно об этом сейчас и надо говорить! – рявкнул Юкия, оглядывая присутствующих. – Если Его Высочества не станет, нам всем конец. Обнажить меч на священной земле может только он, а проклятие продолжает вгрызаться в его тело. Мы должны прикончить чудовище сейчас, пока господину не стало хуже и он не утратил способность владеть мечом.
Под яростным взглядом Юкии все замолчали.
Молодой господин шумно выдохнул:
– Если закрепить меч в руке, я справлюсь.
– Ваше Высочество… – вырвалось у Акэру, но понимал, что уже не остановит господина.
– Придется сделать это. Другого способа нет.
Все почувствовали, как сам воздух в помещении изменился, словно в ответ на решительные слова Юкии.
– Всем приготовиться.
Подождав, пока Ямаути-сю разбегутся выполнять приказ, Юкия преклонил колени перед молодым господином.
– Я буду вас сопровождать.
– Не дозволяю. Ты дождешься моего возвращения.
Юкия усмехнулся:
– Если у вас ничего не получится, Ямаути рано или поздно будет уничтожена. Тем более что мы потеряли шестерых Ямаути-сю. Я должен пойти с вами.
– Юкия!
– Я буду сопровождать вас даже в преисподнюю.
При этих словах его лицо исказилось. Юноша казался спокойным, и все-таки потеря друзей не могла не повлиять на него, и он чувствовал, как кровь приливает к голове.
Акэру тоже хотел остановить Юкию, но тут в комнату вбежал один из воинов Уринтэн-гун.
– Ваше Высочество! Стражи Судзаку-мон сообщают, что получили срочное известие от тэнгу.
Акэру скривился:
– Вот болван! Сейчас не время!
– Он передал: «Посвященная у меня».
Масухо-но-сусуки не узнала раненого, которого привезли в Сиондзи. Тело обгорело, кожа обуглилась и почернела. Черные волосы тоже почти полностью сгорели, черты лица невозможно различить.
После землетрясения и до сих пор Масухо-но-сусуки помогала пострадавшим. Она делала все что могла: сидела у постелей умирающих, которым уже нельзя помочь, хоронила бесчисленное множество погибших, от вида которых было не по себе.
Ей многое пришлось повидать. Один ятагарасу пытался оборотиться и убежать, но, не успев завершить превращение, упал и разбил голову. В другой раз привезли старика, который зачем-то тер живот, – как оказалось, пытаясь вправить вывороченные внутренности. Был мальчик, потерявший нижнюю половину тела: бедняжка все повторял, дрожа, что у него мерзнут ноги. В следующий раз она смотрела уже на их тела, оставленные измученными душами.
Однако ничего похожего на ожоги Сумио она не еще не видела. Время шло, а тело не переставало дымиться. Казалось, пожиравший его огонь все еще не потух, поэтому и снадобья никакие не действовали.
– Его Высочество утверждает, что это проклятие чудовища, которое называет себя Ямагами, – сказал один из лекарей, которого направили из Сёёгу.
Услышав это, местные лекари тоже растерялись.
– Какое еще проклятие?
– С этим нам не справиться.
Травмы молодого господина держали в секрете, однако, судя по всему, он получил такие же ожоги. Ямаути-сю, сопровождавший пострадавшего и лекаря в Сиондзи, не тратя времени на разговоры, сразу вернулся в Тюо. Никто не знал подробностей трагедии. Но громовые раскаты не прекращались, земля мелко дрожала. Весь народ ждал, что Ямаути вот-вот будет разрушена.
Наверное, Сумио бросился влево, чтобы закрыть молодого господина, потому что больше всего пострадала именно эта половина его тела. Масухо-но-сусуки было тяжело смотреть, как он лежит, не в силах даже стонать и дышать без деревянной трубочки во рту. И все же девушка ничем не могла помочь, кроме как подносить горячую воду и ткань для обработки ран.
– Левые конечности полностью отказали.
– Придется ампутировать.
Девушка ахнула, услышав разговор за дверью.
– Подождите! – бросилась она в комнату, но ее остановила Хамаю.
– Он ведь военный…
Сумио не мог похвастаться происхождением и достиг своего положения только благодаря собственным способностям.
– Неужели ничего нельзя сделать?
Масухо-но-сусуки била дрожь. Хамаю лишь тихо ответила:
– Ты не заметила? Его пальцы уже полностью обуглились. Неизвестно, остановится ли проклятие после ампутации, но если оставить все как есть, то его состояние будет только ухудшаться. Мы ничего не в силах сделать. Не будем мешать и доверимся лекарям.
Она обняла Масухо-но-сусуки за плечи и вывела ее из здания.
Из комнаты донесся жуткий, потусторонний вой. Он еще долго звучал в ушах девушки.
Нацука вместе с Акэру ждал молодого господина у ворот Оо-мон. Когда он, получив известие, прибыл в Сёёгу, младший брат уже покинул свой дворец.
Оказалось, что человеческая девочка, из-за которой начался весь сыр-бор, сбежала и очутилась в доме Дзюнтэна во внешнем мире. Нацука свирепел при мысли о том, что какая-то девчонка, которая погубила его соплеменников и подвергла жизнь его брата опасности, отправится домой как ни в чем не бывало, а молодой господин, познакомившись с ней, все-таки решил убить Ямагами.
