Завтра Аня даже не вспомнит, как удалось ей все-таки расстаться с Антоном, как смогла она оторваться от его губ, вырваться из кольца его объятий, кто прервал их сумасшедший, упоительный, фантастический поцелуй. Но, проснувшись, она вспомнит, что Антон так и не сказал ей, что любит ее. Не сказал даже, что она хотя бы нравится ему. Он вообще ничего не сказал ей. Она вспомнит, что признания делала она, и ей станет не по себе. Душу будет рвать раскаяние, неуместное, бессмысленное, отчаянное желание вернуть вчерашний вечер. Переиграть бы все по-другому, промолчать, хотя бы просто промолчать! Ну почему, почему она вчера наговорила столько глупостей? Что на нее нашло? И это она, Аня, которая никогда никому ничего не обещала! Которая выслушивала признания неопытных мальчишек и зрелых мужчин, виртуозно отмалчиваясь в ответ! «Надо идти на пляж, – думает она, лежа в кровати и не двигаясь с места, – надо что-то делать, иначе я сойду с ума». Юлька уже ушла на работу, Аня слышала, как та собиралась, тихо напевая что-то. Счастливая. Ее Миша смотрит на нее влюбленными глазами, шепчет на ушко ласковые глупости и уж, наверное, в ответ на признания в любви не отвечает «решай сама», да и скорее всего это он, а не Юлька, первый признается в любви. Такие мысли окончательно портят настроение. «Надо сделать вид, что ничего вчера не было», – решает Аня. Легко сказать. При одном воспоминании об Антоне у Ани начинает что-то сжиматься внутри и перехватывает дыхание. «Черт, черт, черт! – как-то неожиданно для себя ругается Аня. – Не думать, не думать, ничего не было, ничего не было, – она повторяет это как заклинание, – не было, не было, не было».
Продолжая повторять дурацкие фразы, Аня собирается на пляж. Конечно, она придет поздно и нормального места уже не будет, и вообще все пошло наперекосяк, и она сама во всем виновата. И неизвестно, стоит ли вообще туда идти. Но она все равно пойдет. Ее там ждет Егор. Хотя даже ему она не расскажет о вчерашнем вечере. Мужчины, они же все равно другие, и тут уж ничего не поделаешь, – Егор не поймет, почему она так расстроилась, а может, даже осудит ее за признания или сочувственно погладит по руке и пожалеет дурочку. Вот ужас-то! Почему-то на этой мысли Ане становится немного легче. «Никогда ни о чем не жалейте вдогонку», – вспоминаются любимые бабушкины строчки. «В следующий раз будешь умнее!» – так любит повторять отец. И все на этом. И рассказывать об этом она никому не станет.
«Поздновато ты сегодня что-то, милая…» Человек наконец-то увидел Аню, немного обреченно осматривающую переполненный пляж в поисках места. А он уже даже начал волноваться. Так хорошо все распланировано, а она не является на пляж – вдруг уехала? Впрочем, что это с ним? Нервишки начали пошаливать, что ли? Поезд на Москву идет только вечером – он и сам на нем уедет сегодня или завтра, в крайнем случае через пару дней: все зависит от того, как быстро сможет милая девочка Леночка, влюбленная в него до самозабвения, достать ему билет через свою мамашу, работающую в кассе. Не случайно, конечно, он же не простофиля какой-нибудь. Он дальновидный. Он и Леночку обхаживал несколько дней, чтобы закрепить ее чувства наверняка, и теперь держит ее, что называется, «на коротком поводке» – звонки, вздохи, страстные поцелуи и «обиды», чтобы было время отдохнуть с другими. Сегодня он пришел на пляж только для того, чтобы еще раз взглянуть на «наследницу» и убедиться, что она сбегать не собирается.
– Анюта! – Егор появляется рядом как из-под земли, вернее, из-под воды, потому что он мокрый. – Ты чего так поздно? Идем, я тебе место занял.
Он берет Аню за руку и ведет к расстеленному во всю длину огромному полотенцу.
– Располагайся, – он сдергивает полотенце, освобождая место для Аниного коврика, – и пойдем на пирс, а то здесь очень жарко.
– Иди, я тебя сейчас догоню, – Аня оглядывается вокруг, – мне еще Митю найти надо.
– Какого такого Митю? – грозно сдвинув брови, вопрошает Егор. – Не знаю никакого Мити…
– Иди, иди, – шутливо подталкивает его Аня, – тоже мне контролер нашелся…