– Нет, с отцом все в порядке, тут что-то другое. В общем, проявись, ладно? Тане привет передавай, – заканчивает разговор Антон.
– Танюша, тебе привет от Антона, – довольно задумчиво говорит Егор.
– Егор, что случилось? – Таня ласково касается его плеча.
– Что-то с Аней, но Антон недоговаривает…
– Позвони ей сам, – тут же реагирует Танечка, – мы с тобой как-то позабыли про всех, – она слегка краснеет, – это неправильно.
Егор с удовольствием смотрит на жену. Она смущается еще больше и, разыскав его телефон, подает ему:
– Звони и привет от меня передай.
Поговорив с Аней, Егор стал еще более задумчив. Там, в Москве, действительно что-то происходило. Он посмотрел на Таню, сидевшую рядом с ним и внимательно смотревшую на него.
– Видишь ли, Танюша, – Егор видел, что она кое-что поняла из его разговора по телефону, – у Ани необыкновенные способности, поэтому она, видимо, вообще чувствительная к таким вещам. Конечно, у нее сейчас трудный период, нервы и все такое, но мне кажется, что она не ошибается. За ней действительно следят.
– Бедная Анечка, – Таня прижимается к плечу Егора и берет его за руку, – как ей, наверное, сейчас страшно и одиноко.
– Послезавтра мы уже будем в Москве и сразу поедем к ней. – Егор обнимает жену. – Ты не возражаешь?
Таня отрицательно качает головой.
– Таня, ты же не будешь ревновать меня к Анюте? – вдруг спрашивает Егор. – Ты должна понять, она для меня… – Он почему-то занервничал, забеспокоился. Раньше он об этом не думал, а тут вдруг испугался. Он даже сам не понял, чего именно боится. Ему показалось, что именно сейчас он должен объяснить…
– Я постараюсь тебя вообще не ревновать. – Таня заглянула Егору в глаза и улыбнулась, хотя улыбка получилась грустной. – Наверное, я не могу тебе дать слово, что никогда не буду ревновать. Я постараюсь, но и ты постарайся не давать повода.
Танечка смотрит немного виновато, но продолжает улыбаться.
– Но это я на будущее говорю. А сейчас я, честное слово, понимаю, что Аня тебе как сестра. И я совсем не ревную.
Егор улыбается и привлекает ее к себе, ее руки обнимают его за шею, а ее губы ласково, хоть и немного робко касаются его губ.
– Смелее, – шепчет он ей.
Она вспыхивает, краснеет, но еще сильнее прижимается к нему.
Аня, поговорив сначала с Антоном, а буквально через несколько минут и с Егором, задумчиво стоит около окна. Она улыбается. У нее нет той бурной, сумасшедшей радости, что была первый раз, когда она поняла, какие замечательные у нее друзья. Сегодняшняя радость другая – уверенная, спокойная. Скоро, совсем скоро они будут рядом, и у нее все станет хорошо. Она в этом уверена, и даже телефонный звонок, прозвучавший неожиданно, не испугал ее. Она подняла трубку.
– Аня, я думаю, нам надо поговорить. – Голос Андрея сух и строг.
– О чем? – довольно глупо прозвучал вопрос, и Аня разозлилась. Ну конечно, сколько раз она пыталась с ним поговорить, а тут, пожалуйста, он считает, что…
– Скорее о ком. – Интонация Андрея не нравится Ане. Но она понимает, что разговора не избежать. И все-таки делает попытку:
– Андрей, по-моему, и так уже все понятно…
– Да-а-а? – В его голосе звучит не просто ирония, а скорее насмешка, ядовитая такая насмешка. – А мне вот не все понятно.
– Хорошо, – Аня не хочет начинать разговор со взаимных упреков, тем более по телефону, – когда ты придешь?
– Это ты придешь. Домой. Сегодня вечером. – Андрей сумел-таки подобрать верную интонацию: в ней не прозвучало ни приказа, ни высокомерия. Только вежливая просьба и едва заметное требование проявить уважение к нему и к дому, где они жили. И Аня подчинилась.
Когда Аня пришла, Андрей уже был дома. Впрочем, Аня не знала, может, он вообще целый день просидел в квартире: на работу-то он так и не устроился. Аня почувствовала раздражение, но тут же постаралась взять себя в руки – нельзя так начинать разговор. Она прошла на кухню, поставила чайник, достала чашки.
– Андрюша, – позвала она, – пойдем чаю попьем, а то на улице так жарко, что пить хочется, я все время пью, пью и сок, и минералку, но холодная вода жажду совсем не утоляет, нужно что-нибудь горячее.