Покупая дом в коттеджном посёлке «Весёлые зяблики», Лида стремилась к уединению, однако со временем оказалось, что и в собственном доме от соседей не очень-то спрячешься. Со временем, особенно летом из-за наплыва дачников посёлок стал напоминать большую коммунальную квартиру.Нынешним летом в гости к Лиде ещё и пожаловала лучшая подруга Наташка, она же доцент Куприянова, справедливо решив, что раз Турция ей стала не по карману, то глупо покупать путёвку в пригородный пансионат, когда у подруги простаивает такой замечательный дом у озера. С учётом того, что отпуск у профессорско-преподавательского состава отнюдь не две недели, лету предстояло стать весьма насыщенным.Кроме того, для пущего веселья сын Лиды Юрик попросил мамочку присмотреть за его бесценным котом породы ориентал по кличке Смурф.
Это произошло в тот момент, когда светофор сменился с жёлтого на красный и Лиде, которая, чертыхаясь и матерясь, тащилась в пробке за вереницей машин, надеясь проскочить перекрёсток именно в эту светофорную каденцию, пришлось всё-таки остановиться на стоп-линии. В фантастическом романе написали бы, что вселенная моргнула. Но так как Лида не знала, как моргает вселенная, ей просто показалось, что картина перед лобовым стеклом её автомобиля вдруг мигнула, как это бывает с изображением на экране монитора при перебоях с электричеством. После этого странного явления Лида вдруг увидела саму себя, идущую по пешеходному переходу с коляской, в которой надрывался Юрик. Тут уже Лида сама зажмурилась от страха. Ведь через дорогу с коляской следовала не просто девушка, похожая на Лиду двадцатилетней давности, а именно сама Лида, при этом Лида в автомобиле отчётливо поняла, что Лида с коляской мысленно чертыхается и матерится в адрес мудаков на автомобилях, из-за которых не протолкнуться с коляской. В этот момент светофор загорелся зелёным, и кто-то из автомобилей позади нетерпеливо задудел.
«Жене своей подуди», – привычно мысленно отреагировала Лида и тронулась с перекрёстка. Она глянула на девушку с коляской и заметила, что та подозрительно смотрит ей вслед. Неужто тоже почувствовала? Что же это было? В голове завертелись всякие завиральные теории о параллельных вселенных, пересекающихся пространствах и прочая дуристика. Типа «транссерфинга реальности». Мол, ты можешь зайти в булочную в одном пространстве, а выйти из неё уже в другом. И если в первом ты был несчастным лохом неудачником, то во втором, на выходе из булочной тебе попрёт со страшной силой аж до невозможности. Задача состоит в том, чтобы удержаться в пространстве удачи как можно дольше, как бы скользя на гребне волны. Допустим даже, что так оно всё и есть, но не может же быть, чтоб в одной и той же булочной, пардон, реальности одновременно существовали две Лиды с более чем двадцатилетней разницей в возрасте.
Мама дорогая! А вдруг где-то неподалёку в Таврическом саду сидит на лавочке дамочка в возрасте за шестьдесят, тоже, некоторым образом, Лида, вернее Лидия Андреевна, и мысленно материт мамаш с орущими детьми и автомобилистов с вонючими автомобилями? И что будет, если эти все Лиды вдруг встретятся? Земля налетит на небесную ось? Хотя, судя по окружающему безумию, Земля именно что уже налетела на небесную ось где-то в феврале месяце, а то и раньше, ведь не на ровном же месте приключился этот чёртов февраль?
Раздался телефонный звонок, Лида глянула на дисплей, расположенный на приборной доске автомобиля, звонок был от Юрика, Лида нажала кнопку ответа.
– Привет, мамуля! Как обстоят твои дела? – на весь салон пробасил ребёночек по громкой связи.
– Здравствуй, солнышко! Денег не дам, – ласково сообщила Лида.
– Ну, мааааам, – заныло солнышко. – Я ж верну.
Это было правдой. Юрик всегда отдавал долги.
– Вот скажи мне, почему ты никогда не можешь планировать свои траты?
Разумеется, вопрос этот был риторическим. Уж, если мальчик отрастил модную бороду, но так и не научился планировать свой бюджет, то странно было бы предполагать, что сейчас вот от этого материнского вопроса, он вдруг устыдится, задумается, или, что ещё фантастичнее, возьмёт и исправится.
– А потому что форс-мажор! – Юрик всегда отличался сообразительностью и за словом в карман не лез.
– У тебя форс-мажор носит регулярный характер, – проворчала Лида.
– Это означает, что ты как раз уже запланировала в своих финансах мой регулярный форс-мажор, – резонно заметил хитрец. – Ты же у нас планировщик!
– Сколько надо?!
Юрик назвал сумму, и Лида крякнула.
– Такого форс-мажора я никак не планировала!
– А заначка? – опять нашёлся Юрик. – У тебя наверняка есть заначка. У приличного планировщика всегда есть заначка на незапланированные расходы.
– Есть, да не про вашу честь, – буркнула Лида, но отказать сыну она никак не могла, и он, разумеется, прекрасно это знал. – Как доберусь до дома, кину.
Однако выбраться из города в пятницу вечером в самый разгар дачного сезона являлось далеко не такой уж лёгкой задачей, поэтому стоя в пробке на подступах к Ушаковской развязке, Лида воспользовалась моментом и перекинула сыну требуемую сумму. При этом она подумала, что Лида с коляской в тот момент, наверное, тоже как-то удовлетворила требования своего Юрика орущего в коляске. Мамаши они такие, даже на расстоянии стараются как-то помочь своему детёнышу. Интересно, а пожилая Лидия Андреевна, та, что на лавочке в Таврическом саду, тоже как-то помогает взрослому Юрику. Или уже он сам ей высылает матпомощь к пенсии?
