А.Я.Таирову посвящена 24-я глава 2-й книги ЛГЖ.
<Из Парижа в Москву,> 17/9 <1924>
Дорогой Владимир Германович,
после немалых мытарств попали в Париж. Вот мой адрес 155, B-d Montparnasse
Удалось ли Вам пристроить мои рассказы?[945] (книгу «5 повестей»). Надеюсь пристроить перевод на франц<узский> одной из Ваших книг.
От Люб<ови> Мих<айловны> и меня дружеский привет.
Вчера предпринял снова шаги, чтоб «Беседа» Вам заплатила бы.
Впервые.
<Из Парижа в Ленинград,> 18/9 <1924>
155, B-d Montparnasse, Paris
Дорогая, отсутствие от тебя вестей несколько смущает меня. Как закончилась твоя экзотическая «<1 слово нрзб>»?
Умиляюсь от того, что тебе стало противно в Коктебеле. Прочитав мой адрес, ты тоже умилишься человеческому постоянству, да, да Hotel de Nice[946].
Я написал уже 22 главы «Рвача», он сволочь, но симпатичная[947]. Как видишь, я забавляюсь и грешу
Прочла ли ты «Жанну» и ставишь ли мне по-прежнему в вину сентиментальность? Но что делать? Я слишком долго дышал воздухом парижских бульваров. Впрочем, об этом уже было в «На посту».
У меня к тебе две надоедливые и бренные просьбы:
1) Обрушиться на и<здательст>во «Петроград». Почему они мне не шлют денег? Пригрозить: если не вышлют немедленно, порву договор (они должны за 2 книги, «Бубновый валет» и «Басс», — перевод минус аванс, т. е. 20 черв<онцев>.
2) Попросить брата обрушиться на Брусиловского или других из «Кино-Север»[948] Почему не шлют 500 рублей, которые должны мне? Где же тогда справедливость? Что делать?
Не сердись за корыстность. Я сижу без денег, а один круассан стоит теперь 35 сантимов. Честное слово!
Писала ли ты летом? Пришли свои стихи.
Crémerie на St. Michel’е[949] <1 слово нрзб>.
Пиши! Целую.
Впервые — ВЛ. 2000. № 2. С. 245–246. Подлинник — РНБ ОР.
<155, B-d Montparnasse, Paris; в Одессу,> 18 сентября <1924>
Милая девочка, Ваше письмо меня умилило. Правда! Мое сентиментальное сердце загрубелого циника заныло. Я жду продолжения.
Я в Париже, в этой заветной <1 слово стерлось на сгибе> всех застарелых циников и всех сентиментальных <1 слово стерлось>. <2 слова совершенно стерлись> этот город, что в нем согласен, кажется, даже умереть.
Вы очень милая (имя — заслужило), нежная, и горько, что выдумала география, что Одесса очень далеко от Парижа!
Я жду еще Вашей карточки, той, что не прислали. Хорошо?
Нежно целую Ваши руки
P.S. Да, Вы забыли мне прислать роман Остров Эрендорфа![950]
Впервые. Подлинник — собрание составителя.
<Из Парижа в Москву,> 22-го сентября <1924>
155, B-d Montparnasse
Paris 6-е
Дорогой Владимир Германович,
спасибо за книги. Я их еще не получил. Заказные ли послали Вы?
О своих просьбах и делах писал Вам на днях. Как только выйдет Ваша книга, пришлю ее. Я здесь займусь основательно устроением переводов на французский.
Напишите мне, как мои акции сейчас в России: дело в том, что судьба «Рвача» крайне проблематична (в отношении главлита). Шибко ли ругают «Жанну»?
Вашу новую книгу, вероятно, смогу устроить также для перевода на датский язык (в норвежскую газету).
Что в Москве нового? Пишите. Я здесь — как в Полинезии.
Сердечный привет от Люб<ови> Мих<айловны> и меня.
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 1 окт<ября 1924>
Дорогой Владимир Германович,
спасибо вновь за хлопоты. Книги я получил. «Лит. Россия»[951] издана очень хорошо. Чего, увы, нельзя сказать о «Лике <войны>» (обложка! предисловие разбито на 2 части, причем строка его «Север Франции» и т. д. — поставлена как подпись и пр.).
«Renaiss
Я хочу продать не «5 трубок», а «5 повестей». Но и<здательст>ву, а не перепродавцу вроде Лежнева и Кº. Если подвернется, сообщите.
«Жанна» издана ужасно. Если Вы добьетесь через союз надбавки, будет чудесно.
Попросите, пожалуйста, изд<ателя> «Лика», чтоб он выслал мне авторские экз<емпляры>.
Что пишут и говорят о «Жанне»?
Меня уж отсюда высылали вновь, но, кажется, опасность отвращена.
Получить визу сейчас не очень трудно. Чтоб жить здесь хорошо (автом<атические> кафэ etc.), считайте на один месяц без дороги и без покупок 12 червонцев.
Страшно рад буду, если приедете.
Пишите!
От Люб<ови> Мих<айловны> сердечный привет.
Впервые.
<Из Парижа в Москву,> 21 октября <1924>
Дорогой Владимир Германович, все Вам мыслимые благодарности, приветствия, виваты и пр.
О «5 повестях» — идет. Над текстом поработаю в ближайшие дни и вышлю его не позже 1-го числа на Ваш адрес. Тихону Ив<ановичу Сорокину> пишу сегодня же, что книгу продал через вас. Итак, пункты договора: 100 с листа, тираж 5 тысяч, уплата в два срока (немедленно и через 6 недель). Потребуйте еще приличной внешности (Ваша «Литературная Россия» особенно обложка очень хороша, а «Лик войны» мерзок — обложка!!) и тщательной корректуры.
