Меня снова замутило. Пришлось открыть окно, чтобы впустить свежий воздух. Сделав пару жадных вдохов, я откинулся на сиденье.
— Не тряси, — снял его руку с плеча. — Я видел то же, что и ты. Они мертвы, Фил. По-настоящему мертвы, понимаешь? Те люди погибли.
Слова вырывались хрипом из горла. Все мысли были только о военных фанатиках на складе, которые хотели убить нас, но вместо этого сами расстались с жизнью.
— Дэн! Не молчи! Это то, о чем предупреждала тебя миссис Чейз? Они хотят забрать дом? Кто это, на хрен, такие?! — Фил мчал по сонному городу, яростно сжимая руль.
Я потер пальцами ноющие виски. Хотелось все забыть, словно ничего и не было, отгородиться от увиденного и услышанного стеной. Почему нельзя по щелчку стереть этот день?
— Ватиканский Орден. Ты слышал что-нибудь от них? О чем они спрашивали?
— О тебе спрашивали и Фаусте, — криво улыбнулся Фил. — Еще были разговоры о некоем Фере Люции, который, судя по их возгласам, очень нехороший дядька, потому что прячется от них. Фер Люций… Немец он, что ли? Напоминает немецкое имя.
— Не знаю. Возможно. А что еще ты слышал?
Митсон вытер лоб тыльной стороной ладони и поерзал на сиденье, прежде чем ответил:
— Слышал много, но разобрать не смог. Они в основном говорили на латыни. Фанатики.
— Жаль.
Я не поверил другу. Что-то он точно разобрал, потому что правое ухо у него покраснело, как всегда, когда он пытался меня обмануть. Но зачем? Фил, очевидно, заметил мои взгляды: его кадык дернулся. Потянувшись к волосам, он сорвал бейсболку и швырнул ту на заднее сиденье.
— Ты нашел тайник?
— Почти.
Врать не пришлось, но я все равно отвернулся к окну, наблюдая за линиями света от фонарей, которые, казалось, бежали за машиной. Нет, друг не обманул бы насчет Ордена, его, как и меня, чуть не убили.
— Как это — почти? Не получилось расшифровать?
— Получилось, но вмешались обстоятельства. Появилась Элишка.
— Эли? Как? Ты пригласил ее в Дом Фауста первее, чем меня? — в голосе слышалась обида.
Я повернулся и уставился в лобовое. Машина уже съехала с объездной и мчалась по ночному городу. Оглядывая странных прохожих — а, клянусь, в темное время суток они все выглядели странно, — вспомнил, как резко тогда захотел кофе и пришел именно в ту кофейню, где были Элишка с Дженой.
— Нет. Случайно встретил в кофейне недалеко от дома.
— Вы спали?
Вопросы в лоб всегда были фишкой друга. За что я его одновременно и любил, и ненавидел.
— Нет. Да. Сложно объяснить, да и не ко времени.
Я стушевался, чувствуя себя противным сгустком из неловкости, страха и непонимания.
— Самое время, — мрачно хохотнул Фил.
Он всегда начинал охотно трепаться, когда в жизни случалось что-то плохое. А я бы сейчас не отказался от душа и ароматной соли. Каждому свое.
— Я отключился, будто упал в обморок. Чернова осталась до утра. Боялась, что мне понадобится скорая.
— Раскраска для асфальта, — пробурчал Фил, сигналя наглому мотоциклисту, который решил вылететь на полосу перед нашей машиной в Дейвицком тоннеле.
Потом до друга дошел смысл моих слов, и он искренне засмеялся.
— Дэн!.. Ты как обычно. Почему она не сбежала от тебя еще? Стой. Тебе не кажется странной ее столь быстрая влюбленность? Да и ходит она к тебе постоянно, словно…
— Словно кто?
Я сжал кулаки, сдерживаясь, чтобы не стукнуть Фила по физиономии. Вместо этого ударил ими по приборной панели с такой силой, что рисковал освободить подушки безопасности.
— Хочешь сказать, я не могу никому понравиться? Рожей не вышел? — оскорбился я.
Друг поморщился и крепче сжал пальцы на руле.
— Не мели ерунду. Я к тому, что… Да ладно. Забей.
Я промолчал, надувшись.
— Я бы отправился в полицию, но не уверен, что нам поверят. Я сам не верю в то, что видел на складе.
— Да уж, — тихо проговорил я, остывая и резко сдуваясь, как гелиевый шарик.
— Почему ты крикнул «бежим»? Откуда ты узнал, что эти люди не смогут помешать нам?
Вот что ему ответить? «Фил, понимаешь, вот уже какое-то время я душу во сне голую девушку, и сегодня на складе она подала мне знак бежать». Бред! Я понимал, что он ни за что мне не поверит. Только как самому поверить в то, что те люди не смогли нас застрелить?
— Я пока не знаю, как объяснить.
— Интуиция?
На это я лишь помотал головой.
Фил подъехал к дому, где ему арендовали квартиру.
— Зайдешь? Я найду чего-нибудь выпить.
Мы сидели на полу в кухне, пялясь в окно и отхлебывая прямо из горла. Так вдвоем мы прикончили бутылку виски, но не захмелели. Страх, что нас могли отследить, оставил меня, перед глазами мелькали трупы на складе.
— Мне стыдно, и гложет чувство вины. Они умерли из-за нас, понимаешь? — мой голос надломлено скрипел, словно по паркету тянули стол весом с тонну.
— Или они, или мы, друг, — отсалютовал почти пустой бутылкой Митсон.
— Я не могу принять этот жестокий принцип.
— Это принцип выживания, Дэн. Не мы их убили.
Мрачный тон Фила отдавался чернотой у меня внутри. В желудке после рвоты и спиртного жгло и резало, но мне даже нравилась эта боль. Так я чувствовал себя живым.
— Не мы их убили, но их кровь на наших руках, — упрямо возразил я.
— Думаю, ты знаешь что-то, чего не знаю я.
