Дахштайн полностью

Рыжеволосая снова появилась, после того как Дэниэль, я и Мари стали жить вместе.

1 декабря 1996 года.

Я больше так не могу! Это невыносимо! Господи, спаси мою душу…»

Я лихорадочно вчитывался в страницы. Не может быть! Так не бывает!

Схватился за волосы, сдерживаясь, чтобы не завыть в голос. Мать, которую я помнил, не была мне родной. Как? Бабушка. Она все знала и ничего не рассказала. Я читал словно одержимый. Мой отец, чей образ я так тщательно берег в памяти, — убийца? Глаза наполнились слезами.

Я отложил листы и взялся за блокнот, начатый ба. Почти пустой, заполнены только первые десять страниц.

«Я никогда не призывала духов».

Меня снова затрясло. Бабушка все знала. Знала и не сказала.

«Хотела, да, но после выходок Фауста это проклятие наследуют лишь по мужской линии нашего рода. Мой брат, наш отец, которого мы никогда не знали, мой сын, а скоро и мой внук. Да, женщины не наследуют проклятье Фауста, но обречены наблюдать за мучениями своих близких.

Узнавать о роде я начала после того, как пропал мой брат. Через неделю после того, как ему исполнился двадцать один год, он вышел на работу и стал меняться. Брат мучился кошмарами, а днем ходил погруженный в себя и разговаривать со мной не хотел… После исчезновения я обыскала его комнату: нашла ларец и гримуар Фауста с антроподермическим переплетом. По крупицам собрала историю семьи, а после решила посвятить этой науке жизнь.

С моим сыном Генри случилось несчастье: он боролся, но проиграл. Именно его сын, этот невинный мальчик, является тринадцатым потомком доктора Фауста. В доме чернокнижника в Праге я нашла старый тайник и спрячу дневники там.

Я сделаю все, чтобы уберечь Дэна. Надеюсь, что священный крест, отлитый из серебряного кольца первого Папы Римского, станет мощной защитой, и мальчик никогда не узнает о своем проклятии и не почувствует темного желания. Я хотела растить его в знании с детства, но увидев глаза внука, избитого мачехой, не смогла. Пусть у Дэниэля будет счастливая жизнь. Надеюсь, дневники ему никогда не понадобятся».

Далее шли даты жизни и смерти моих предков по мужской линии, начиная с сына Фауста. Бабушка размышляла о том, что сам доктор Йоганн мог быть бессмертным человеком с необычными способностями. Свои предположения она подкрепила только одним выражением «Зашифрованные исследования», но где их искать не написала.

Ба изучала феномен мужчин из рода Фауст, которые не доживали до тридцати. Кто-то бесследно исчезал, кто-то сходил с ума и заканчивал недолгий путь самоубийством.

Крест серьги должен был меня защищать. Только от чего или кого? Про темные желания понятно — это сны о рыжей, но я их видел даже тогда, когда носил бабушкин оберег. Получается, что он не работает? Или работает не так, как нужно?

Оторвался от чтения и судорожно вздохнул. Тайны семьи. Раньше я предпочел бы совсем не знать о них. Какого черта меня потянуло на съемки именно в Прагу? Теперь я начал сомневаться, что меня случайно пригласили в Европу. С новым знанием о наследстве казалось, что я лишь чья-то марионетка.

Телефон пиликнул сообщением от Фила. Он только что закончил «лечение» и проводил симпатичную медсестру. Позер! Даже из такой ситуации он умудрился извлечь выгоду. Я увидел пропущенный от Элишки и подумал ей написать, но остановился. Первое яркое чувство влюбленности сменилось сомнениями. Увижусь с Элишкой завтра на съемках, тогда и пойму, как быть.