– Терпи, терпи! – Полина сжала его коленями и еще сильнее прошлась вдоль позвоночника. – Это тебе не эротический массаж, который делает тебе твоя жена! Тут тебе не пляж …
И мягкими движениями прошлась по мышцам спины, по плечам.
– Ну, Полина, ты изверг … Милый такой изверг … Ты своего Семена Гавриловича тоже так истязаешь?
– С моим Семеном Гавриловичем мы сами разберемся … А тебя только драть и драть … Как ты? Полегче стало?
– Если ты с меня слезешь – еще легче станет … килограмм на шестьдесят …
– Ах, ехидна! Ладно, одевайся, – Полина слезла на пол.
Свиридов поднялся, расправил плечи.
– Неплохо ты меня отодрала, ей-ей …
– Главное – не сомневайся, мы тебя всегда поддержим … всегда поможем, – Полина разминала уставшие пальцы. – И не волнуйся, что Олежек иногда знает, что у тебя на душе … и я знаю …
– Спасибо, Полина. Я всегда чувствовал твою молчаливую поддержку и очень ценю это. Спасибо тебе. И тебе спасибо, несносный ребенок – где ты там?
– Несносный, несносный … да я же ангел по сравнению с вами всеми! Взрослые называется! Кстати учти, что твой прелестный Дерендяев катит баллон на Брызгу.
– И ты туда же!
– Вот только ваших идиотских игр мне нехватало… Как вы все мне надоели… Пойду к Даше и к мальчикам – с ними куда как интереснее. Приходи к нам – там так хорошо, там – добро…
– Спасибо. – Свиридов крепко пожал руку Мальчику.
В кабинете его уже ждали генералы Сторнас и Ефремов и майор Брызга.
– Привет, Анатолий Иванович. Ну и устроил ты им памятник – такое приличное бетонное надгробие … – поздоровался Брызга. – Документы осмотра подготовлены.
Свиридов мельком просмотрел поданные ему листы.
– Что нового, Свиридов? Чем порадуешь?
– Особенно радовать нечем, Владимир Альбертович. Кое-какие сведения о работах Нефедова вырисовываются. Ну, для начала … Он тут пробовал электромагнитное воздействие на человека с целью замены некоторых психотропных средств типа первитина. Кое-что у них получалось. Опыты проводили на людях, трое из них живы и я с ними сейчас общался.
– И что они рассказывают?
– Они ничего не рассказывают, им заблокировали память. И с весьма тяжелыми последствиями. Но они еще заговорят, а рассказать им есть что. Где-то там внизу остался личный сейф Нефедова с несколькими упаковками первитина и рицина.
– А это-то ему зачем?
– Я вам потом напишу, кого он убрал без всяких следов. Им удалось найти спектр колебаний, вызывающий эффект, похожий на прием первитина – у женщин половое возбуждение возникало довольно быстро, минут через пятнадцать-двадцать, а у мужчин – через пять-шесть часов.
– И что же они делали? Как испытывали? Неужели …
– Вот вам и неужели. Одна пара продержалась около трех часов, за это время мужчина совершил пятьдесят три акта и умер от остановки сердца. Женщина осталась жива и была использована для дальнейших экспериментов … Она пережила четверых партнеров и осталась жива … Всего там непосредственно погибли шестеро мужчин и три женщины, один мужчина и две женщины умерли потом, а три женщины еще живы. В том числе одна девушка, с которой полового акта не совершали, хотя и подвергали воздействию излучения.
– В каком состоянии они сейчас? Что можно для них сделать?
– Сейчас они в мягком гипнотическом сне. Затем к ним постепенно будет возвращаться память … а там посмотрим. Добром и лаской им можно помочь, чем еще больше … Там с ними Дайяна …
– Зачем Нефедов поместил туда детей?
– Он толком не знал, что они из себя представляют – утечка информации об Олеге Ерлыкине была минимальной. Но идеолог всех этих магнитных исследований, психофизиолог Карпенцежевский, строил на этом целые теории … Он был инициатором …
– Сотрудник спецлаборатории комитета Карпенцежевский умер в Москве от сердечного приступа три дня назад.
– Да, его ликвидировал Нефедов. Из тех специалистов, кто работал здесь тогда с Нефедовым, в живых уже нет никого. Я добавлю часть этих сведений в приложения к основному документу. Вы посмотрели его, Владимир Альбертович?
– Да. Все нормально. Печатай. Майор подготовил свою часть.
– Разрешите, товарищ генерал?
– Да, конечно.
– Мы с помощью Гантмана составили целую сетку по результатам командировок Хохолева, Незаметдинова, его жены, Нигматулина, Фехретдинова, Халилова и его жены, Шакирова, обоих сестер Особенковых, Руслана Берая, Зураба Юнусова и Шистер. И теперь анализируем, кто вступает в контакт с теми, кто стал ездить в эти точки сейчас. Вот, я привез списки. Есть фамилии, совпадающие с нашими списками.
– Проверяют и ищут потерянные связи?
– Еще как ищут!
– Отдай все прокуратуре. И все материалы отдай – один экземпляр оставь. Я в эти игры больше не играю. Хватит, сколько времени ушло на этих деляг – мне своим делом заниматься нужно. Я не прав, Владимир Альбертович?
– Не во всем, но прав, Свиридов, прав. Исполняйте приказ полковника, майор, передавайте все представителю прокуратуры. И задержанных тоже. Особое внимание операции прикрытия, и тут главное – Шистер. Надо постараться, чтобы ни у кого извне не появились подозрения насчет нее.
– Есть, товарищ генерал.
– Что там против тебя Дерендяев затевает, Назар?
