Если он надеялся прочесть нечто исповедальное, то был жестоко разочарован. Рози Дафф не относилась к девушкам, поверявшим «Дорогому дневнику» тайны сердца. На многих страницах перечислялись ее смены в «Ламмас-баре», дни рождения членов семьи и друзей, а также развлечения, вроде «вечеринка у Боба», «кутеж у Джули». Свидания отмечались так: указывалось время, место и рядом стояло слово «Он», сопровождаемое номером. В последний год она встречалась с номерами 14, 15 и 16, причем номер 16 явно был самым недавним. Он появился впервые в начале ноября и вскоре стал возникать регулярно три-четыре раза в неделю. «Всегда после работы», – подумал Макленнан. Ему нужно будет вернуться в «Ламмас» и поспрашивать, не видел ли кто, с кем Рози встречалась после закрытия бара. Он подивился, почему они не встречались в те дни и вечера, когда Рози была свободна. Кто-то из них двоих явно был настроен держать их отношения в секрете.
Он посмотрел на Дженис:
– Ну как? Что-нибудь нашлось?
– Ничего неожиданного. Все такое, что женщины покупают себе сами. Ничего из броской дребедени, которую дарят парни.
– А что, парни дарят кричащую дребедень?
– Боюсь, что так, сэр. Колючие торчащие кружева. Нейлон, от которого становишься мокрой через минуту. То, что нравится на женщинах мужчинам, а не то, что они выбрали бы себе сами.
– Значит, вот где я допускал ошибку все годы. Мне нужно было покупать панталоны в универмаге «Маркс и Спенсер».
Дженис не сдержала ухмылки:
– Можете меня поблагодарить за подсказку.
– Есть признаки того, что она принимала противозачаточные таблетки?
– Пока ничего похожего. Может, Брайан был прав, когда уверял нас в ее порядочности.
– Не совсем. Согласно заключению патологоанатома, она не была девственницей.
– Девственность можно потерять по-разному, сэр, – заметила Дженис, недостаточно храбрая, чтобы противоречить мнению патологоанатома, про которого всем было известно, что он больше думает о следующей выпивке и пенсии, чем о том, кто лежит у него на столе.
– Это верно. И таблетки могли быть у нее в сумочке, которая так пока и не нашлась, – вздохнул Макленнан и закрыл ящичек с романом и дневником. – Я посмотрю в платяном шкафу.
Однако спустя полчаса он пришел к выводу, что Рози Дафф не была барахольщицей. В ее шкафу были только самые современные вещи и обувь. В углу помещалась стопка романов в бумажной обложке, обещавших манящую смесь роскоши, богатства и любви.
– Мы зря теряем здесь время, – проворчал он.
– Мне осталось проверить всего один ящик. Почему бы вам пока не заглянуть в ее шкатулку с украшениями? – Дженис передала ему шкатулку в форме ларца с сокровищами, покрытую белой искусственной кожей. На верхнем подносике хранилась кучка серег разных цветов. Все они были большими и яркими, но не дорогими. На нижнем подносике лежали детские часики, пара дешевых серебряных цепочек и несколько новомодных брошек: одна напоминала кусочек трикотажа, проткнутый миниатюрными спицами, вторая – навозную муху, а третья – кошку-инопланетянку.
– Она любила серьги, – сказал Макленнан, закрывая шкатулку. – Но с кем бы она ни встречалась, парень не тратился на дорогие украшения.
Дженис потянулась в глубину последнего ящичка и вытащила оттуда пачку фотографий. Было такое впечатление, что Рози прошлась по семейным альбомам и отобрала то, что ей нравилось. Это была типичная смесь семейных фотоснимков: свадебная фотография родителей, маленькая Рози с братьями, различные семейные группы, снятые на протяжении последних трех десятилетий, и фотографии Рози со школьными подружками, весело машущими камере. Ни одной моментальной фотографии ее с парнями. Вообще никаких парней. Макленнан быстро просмотрел их и вновь засунул в пакет.
– Пойдемте, Дженис. Поищем себе более продуктивное занятие. – Он в последний раз окинул взглядом комнату, рассказавшую ему о Рози Дафф гораздо меньше, чем он надеялся. Просто девушка, мечтавшая о более увлекательной жизни, чем была у нее. Просто девушка, которая держала свои мысли при себе. Просто девушка, которая унесла свои секреты в могилу, вероятно тем самым защитив своего убийцу.
На обратном пути в Сент-Эндрюс радио в машине Макленнана внезапно затрещало. Он покрутил ручки, пытаясь сделать сигнал почетче. Секунду спустя громко и ясно прорезался голос Бернсайда. Казалось, он очень возбужден.
– Сэр?! Я думаю, мы кое-что обнаружили.
Алекс, Верд и Брилл закончили смену. Все время они заполняли полки товарами, не поднимая голов, искренне надеясь, что никто не узнает их по фото на первой странице «Дейли Рекорд». Они купили пачку газет и направились по Хай-стрит в кафе, где подростками проводили вечера.
– Знаете ли вы, что в Шотландии каждый второй взрослый читает «Дейли Рекорд»? – мрачно сообщил Алекс.
– Потому что первый не умеет читать, – фыркнул Верд, глядя на снимок с изображением их четверых на крыльце общежития. – Господи, только посмотрите на нас. Они могли бы сделать такую подпись: «Темные подонки, подозреваемые в изнасиловании и убийстве». Думаете, кто-нибудь, посмотрев на этот снимок, поверит, что мы этого не делали?
