Тэка рядом я еле различал. На рубероидной стене заострилась его тень.
Рев… скис!
Свет раскололся. Оба щупальца заметались зигзагами, иззубренные и ослепительно-магниевые. Правое тоже раскололось. Левое вытянулось почти прямо над нами.
И у Тэка вовсе не было никакой тени. Я встал, помог встать Ланье…
Свет замигал и отчасти погас. Вспыхнуло еще. И еще.
– Но что?.. – прошептала она мне в ухо и показала. Над горизонтом по небу размоталась новая драная лента света.
– Это что… молния? – заорал Денни.
– Похоже на молнию! – заорал в ответ Тэк.
Кто-то еще сказал:
– Потому что Джордж так светить не умеет!
Выбеленное лицо Тэка кривилось, точно под ударами дождя. Воздух был сух. Потом я заметил, до чего холодно.
Узлы вспышек такие яркие, что больно глазам. Облака – черные, свинцовые, стальные – громоздились по небу каньонами, утесами, оврагами; слишком медленно, слишком широко, слишком огромно – не бывает таких молний!
Это что, гром? Он взревывал, как реактивная эскадрилья, гудел над городом, и порой оттуда падало, что ли, и всякий раз лицо у Ланьи
