После боя на разъезде я всё-таки решился подать рапорт на имя командира о придании одного-двух мотоциклистов для разведки и грузового автомобиля для перевозки топлива и боеприпасов. Ермолов мой рапорт глянул мельком и сунул в папку, велев возвращаться к служебным обязанностям. Мне начало казаться, что зря я всё это затеял. Зато теперь…
– Тогда следуйте к себе, к вам подъедут ваши новые подчинённые…
Едва за Мельниковым закрылась дверь, Медведев обратился к ротному:
– Сергей Сергеевич, зачем вы выпустили этого мальчика вперёд? У него нет опыта.
– Степан Иванович, вам напомнить, что приказы не обсуждаются? – Жёсткий тон заставил Медведева подтянуться. Ермолов сидел сосредоточенный, словно перед броском из окопа. – Но хорошо, я объясню первый и последний раз своё решение. Опыт у него есть. – Увидев недоумение в глазах помкомвзвода, пояснил: – Да-да. Причём именно войны на бронетехнике, со всей её изнанкой. И, между прочим, рапорту Мельникова, в котором он пишет о придании автобронетанковым частям в качестве разведчиков мотоциклистов, ход был дан на высоком уровне. Теперь второе. Увидев, что броня не панацея, он стал осторожен и не полезет вперёд очертя голову. И главное, у него установлена рация. – Заметив, что Медведев хочет что-то сказать, комроты не дал ему начать: – Степан Иванович, ты нужен мне здесь, а взвод бронеавтомобилей Сарнова, как говорится, последний довод королей. Он – наша главная ударная сила, поэтому вновь попасть в засаду и терять экипажи я не намерен…
Всего этого я не знал, но отчётливо понимал, что за красивые глаза не назначают «глазами и ушами» бронегруппы. Поэтому мы проверили буквально каждую гайку. Уваров перетряхнул весь ЗИП, а наиболее часто ломающиеся расходники взял в двойном количестве. Короче, все носились, словно наскипидаренные.
– Ты что, командир? – оторвался Иван от чистки затвора своего карабина.
– Вот что, Петрович, ты пока побудь за старшего, а я отлучусь. Дела, понимаешь.
Прихватив заранее приготовленный сидор, я пошёл в расположение ремвзвода.
– Василия, – негромко позвал я и постучал в дверь авто мастерской.
Хотя и нет посторонних, но поберечься следует.
– Не шуми, давай заходи.
Дверь бесшумно открылась, и я просочился внутрь. Наш «царь и бог» сидел за верстаком и обтачивал какую-то деталь.
– Держи, – раскрыв сидор, я извлёк фляжку. – Всё нормально, отличного качества.
– Верю, верю. Ты вот что, Алексей, присмотрись, может, какой-никакой инструмент попадётся, а? – На лице Васильича застыло просящее выражение.
Ну да, пара лерок (немецких!), присланные ему с оказией, «помогли» найти некоторые дефицитные детали. И теперь он питает надежду, что я вновь позабочусь о своей «альма-матер».
– Поищем обязательно, – твёрдо пообещал я ему. Просто столько раз к нему обращался и ещё обращусь… – Что-нибудь да подвернётся.
– Спасибо. И ты это, аккуратнее там, – по-стариковски произнёс он. Мальчишка всё-таки, не дай бог полезет куда не надо или приказ такой получит. Загнав поглубже воспоминание о польском походе, еле слышно вздохнул.
– Да не за что. Тебе спасибо. Выручил нас, – поблагодарил я и, закинув на плечо сидор, покинул мастерскую.
Обратный путь у меня занял времени больше, поскольку я старался пройти по краешку нашего расположения, чтобы не встретить никого из начальства. Удача мне сопутствовала, и к броневику я вышел никем не замеченный.
– Семён, держи, и аккуратно.
Тёзки с интересом посмотрели на меня.
– А что это? – Заряжающий просто сгорал от любопытства.
– Это – у-у-у… – Настроение было отличным, и мне слегка хотелось подурачиться. – Это наше главное оружие. Секретное.
– Да ну, не может быть, слишком маленькое, – попался на шутку Меньшов.
Остальные, вытянув шею, с интересом смотрели на сидор. Услышав ответ, мы весело рассмеялись.
– Нет, Семён, ещё как может. Это примус.
Немая сцена. Парни прониклись маленьким чудом, которое теперь есть и у них.
– А теперь слушай приказ. Спрятать его так, чтобы не нашли.
– Командир! – Иван глазами показал, мол, давай отойдём.
Убедившись, что парни выполнили приказ, я выбрался из броневика. Следом вылез Серов.
– Командир, почему ты нам не сказал?
– Потому что этого могло не быть, – кивнул на броневик, внутри которого шустрили «близнецы». – Пойми, Петрович, мне просто повезло, что нашлись нужные запчасти. А иначе пришлось бы выдумывать, как пищу готовить. Всё, тема закрыта. Давай не будем считаться, хорошо?
– Хорошо. А теперь докладываю. – Серов стал по стойке смирно, но весёлая улыбка на его лице убивала всю серьёзность. – Продукты у деда выменяны и загружены в машину.
– Вольно. А?.. – изобразил я известный любому русскому человеку жест.
– Есть. – И, опережая мой вопрос, Иван ответил: – И спрятано надёжно.
Тут я заметил приближающиеся к нам мотоциклы.
– О, похоже, к нам гости. – Увидев недоумение Серова, пояснил: – Движки мотоциклетные. А, – махнул я рукой, – нам придали двух мотоциклистов.
Серов развернулся на мой взгляд.
– Двух? – иронии в голосе наводчика было хоть отбавляй.
