Ольга Коваль случайно становится свидетелем по громкому делу заказного убийства замминистра, в котором замешан её муж и серьёзные люди. На девушку объявлена охота. Она попадает под программу защиты свидетелей. Ей меняют имя, внешность и отправляют жить в приграничный город на Дальнем Востоке. Глеб Морозов — студент и мелкий предприниматель, занимающийся перепродажей автомобилей. Красивый, уверенный и пользующийся вниманием девушек. Всего пара взглядов из окон автомобилей меняет жизнь обоих.
— Лопырёв, я не буду петь с тобой на отчётном концерте, — стараюсь сбежать от надоедливого однокурсника.
— Ну, Оль…
— Отстань! Другую поищи.
Вот же привязался как муха.
Обижается и отстаёт.
Наконец-то!
Прыгаю за руль машины и достаю из сумки телефон, который отключила на последней паре.
Несколько сообщений от мамы: картиночка дурацкая и вопрос «как дела?»
" Нормально".
Всё наше общение.
Значок почты показывает, что пришло новое письмо.
Опять спам какой-нибудь. Захожу удалить.
Но сообщение с обычного адреса, а не бестолковая рассылка.
К письму прикреплено видео.
И я долго думаю смотреть или нет.
А вдруг вирус?
Да, ладно! Если вирус, среагирует приложение и заблокирует.
Но нет. Видео чисто. Не совсем…
То, что я вижу, меня ужасает. Даже руки затряслись, и я роняю телефон между кресел.
Взволнованно ищу его на полу.
Первое желание — удалить ролик, который вызывает омерзение. Но подумав, не делаю этого, а набираю подругу.
— Ирка, привет! Ты говорила, что у тебя парень в полиции работает. Можешь дать его номер? — взволнованно.
— Коваль, ты офигела⁈ Тебе мужа мало? — возмущается на том конце.
— Я по делу. Важному. Проблема у меня.
— Серьёзная?
— Наверное, да…
— О’кей. Рядом он. Стёп, тут тебя, — передаёт ему трубу.
— Слушаю, — серьёзный мужской голос.
— Тут такое дело… Мне на почту, кто-то видео прислал.
— И что?
— На нём человека убивают…
— Как это убивают? — растерянно.
— Из пистолета. В голову…
— И кто его прислал? — проявляет уже интерес.
— Без понятия. Адрес мне незнаком.
— Понятно. Можешь подъехать в пятнадцатый участок в ближайший час?
— Могу, — кошусь на дорогие золотые часики на своей руке.
— Тогда жду там с этим видео. Спросишь у дежурного Войлокова Степана Дмитриевича, он проведёт куда надо.
— Хорошо…
В отделении я уже через полчаса и ждать приходится Степана под дверью кабинета.
— А ты шустрая, — наконец-то появляется.
Лет тридцать, короткая стрижка, среднего роста. В дешевом вязаном свитере и черных брюках.
— Я недалеко была.
Заходим.
Он кидает на стол папку и усаживается в кресло. Смотрит внимательно на меня.
— Ну!
— Что? — не догоняю.
— Показывай, что прислали.
— А, да! — достаю телефон.
Он просматривает видео. Видно, что сильно нервничает.
— У тебя шнур от него есть? Мне нужно его на компьютер перекинуть.
— Нет…
— Ясно. Сиди, я сейчас вернусь, — уходит.
Возвращается не один, а с мужчиной за пятьдесят лет в кители и при погонах. В званиях я не разбираюсь.
Войлоков перекидывает файл себе на компьютер, они его смотрят. Начальник, я так понимаю, одними губами говорит «охуеть» и поворачивается ко мне.
— Как оно к вам попало? — буравит колючим взглядом.
Я вся сжимаюсь под ним.
— Мне его на почту прислали.
— Почему вам?
— Без понятия! — перехожу на повышенный тон. — Я даже не знаю, кто там.
— Я звонить в управление, — говорит Степану. — Это не наше. Пусть следственный или контора этим занимается, их уровень. А её, — тыкает в меня пальцем. — Никуда не отпускать. Они быстро явятся по этому делу на допрос.
— Я что арестована? — подскакиваю возмущённо.
— Пока задержаны. До выяснения обстоятельств, — выходит.
— Я должна позвонить мужу, — беру телефон. — Он адвокат.
— Да успокойся ты, — ухмылочка на лице Войлокова. — Сейчас приедут люди, расспросят и отпустят. Никто тебя здесь держать не собирается. Полкан пугает просто. Кофе хочешь?
— Хочу… — плюхаюсь обратно на стул.
Степан кипятит чайник, наливает по кружкам растворимый кофе, достаёт из стола металлическую коробку с печеньем и конфетами.
— Угощайся.
Кофе горячий, и я пью мелкими глоточками, чтобы не обжечься.
— Догадки есть, кто мог прислать?
— Неа… — кручу головой, крепко сжимая двумя руками кружку. — Может адресом ошиблись?
— Может быть… Что вряд ли. Это же надо умудриться так, ошибиться в буквах или цифрах.
— Ну, у нас с мужем почта всего на одну цифру отличается. У него два, а у меня три. Он мне, когда телефон новый подарил, то аккаунт сам регистрировал. Не стал заморачиваться и просто одну цифру поменял.
Войлоков как-то пристально и с подозрением смотрит на меня.
— Ты думаешь, это ему? — доходит до меня значение его выражения лица. — Он честный бизнесмен. Своя успешная адвокатская контора.
— Проверим.
— Я уверена, что он не причём.
Приехал человек из ФСБ и долго меня допрашивал, задавая какие-то странные вопросы.
Знаю ли я, чем занимается мой муж, как зарабатывает, кто бывает в нашем доме. И тому подобное.
А я ни черта не знаю. Мне работа Родиона совершенно не интересна.
Отпускают уже ночью. Дома застаю с десяток людей, которые проводят обыск.
— Что здесь происходит? — спрашиваю у домработницы, тихонько стоящей в углу гостиной и наблюдающей, как наш дом переворачивают.
— Родиона Павловича арестовали, — шепчет, всхлипывая.
— За что?
— Говорят, он соучастник в убийстве какого-то замминистра.
Вот так номер…
Самолёт приземляется в каком-то богом забытом месте под названием Благовещенск.
Дальний Восток…
Вот же меня занесло.
Скорее сослана. В деревню, к тётке, в глушь…
Шутка.
