— Какое дело до них, если я про тебя. Честное слово, Китти, ты ведёшь себя так, будто тебя саму ничего не касается!
Китти подождала, когда он закончит, кинула быстрый взгляд по сторонам (остальная компания уже заканчивала складываться в соседнем помещении).
— Ну, с тобой-то мы можем говорить откровенно, — она кивнула на железную дверь рядом.
За дверью была только маленькая клетушка, насквозь продуваемая ветром. Выход на улицу не закрывался полностью.
— На самом деле, всё равно куда ехать, — без интонаций заговорила Китти. — На запад или на восток — финал одинаковый, разница только во времени и конкретном способе. Там, — она указала в сторону города, — нас, скорее всего, ликвидируют свои же. Там, — в сторону полей, — подвернёмся случайно тем тварям. Или загнёмся в пустых городах, в них уже ничего нет. Шансы в обоих случаях минимальны.
Она дала время ответить, отвела взгляд.
— Поэтому я не голосовала.
— Да, чудесно, — Феликс взмахнул руками. — Шансы минимальны и там, и там, но мы всё равно прём на восток! Отличное решение.
— Так предложи что-нибудь, — впервые за разговор Китти повысила голос. — Феликс, ты всегда только критикуешь и возмущаешься. Пожалуйста, твой план — реалистичный план — как обойти кордоны и на самом деле добраться до места — и мы едем в Ринордийск.
Она замолчала, казалось, и впрямь ожидая чего-то. Это сбивало. Когда Феликс хотел ответить, то понял, что все речи растерялись.
— Нет? — Китти подождала ещё, в уголках рта проскользнула усмешка. — Ну я так и думала.
Она отвернулась, двинулась к двери.
— Прогрею машину. Если задержишься, подсядешь к ним до первой стоянки, чтоб не жечь зря бензин.
— Никуда я не поеду, — огрызнулся Феликс.
— Как хочешь. Мне всё равно.
Почему ей всегда всё можно, с этим убийственным спокойствием и непринуждённостью, будто так и надо? Почему когда она что-то решила, её слова могут менять под себя всё, а его нет — ни в чём, никогда?
Кто, в конце концов, дал ей такое право?
Не замечая сам, как нащупывает пистолет в кармане, Феликс быстро прошёл следом, в большое помещение.
— Китти!
Уже стоя в дверях, та обернулась.
— А, — она взглянула на пистолет, из которого он целил. — А я думала, куда он делся. Ну давай, давай. С первого раза попадёшь, надеюсь?
Оба застыли, лишь напряжённо вдыхая воздух. Китти выждала минуту.
— Псих, — она прикрыла глаза, шагнула к Феликсу. — Отдай сюда.
Отдал, понял он как в тумане. Руки сами разжали металл, и не было больше никаких сил на это.
На ходу пряча пистолет за пазуху, Китти вернулась к двери.
— Будешь ещё в кого-то так целиться, стреляй сразу. А то поймут слишком правильно.
Она вышла из помещения.
Снаружи мерцал в темноте рыхлый снег. Китти прошла под навес, села за руль и завела мотор.
Довольно всего этого здесь и сейчас. Потом объяснит, если что.
А может, уже и не понадобится объяснять.
Прождав немного, она дала по газам и уехала в ночь.
Люди сидели на ступенях и мраморных уступах, некоторые — просто на полу. Лица плавали в отсветах и полутенях факелов, обращённые друг на друга или на пустовавшее по сию пору место. Фигуры образовывали почти замкнутый круг, не хватало только одного человека. Одного игрока — ибо, судя по всему, здесь собирались играть в карты.
Среди всех Лаванда заметила Софи и передвинулась ближе к ней, как к единственной здесь хорошо знакомой персоне. Софи, впрочем, не заметила её — никто не заметил, пока она кралась за спинами, в мареве дыма и потёмок у стен.
Софи меж тем оживлённо беседовала с неким пожилым мужчиной справа от неё, обладателем неуловимого и не оседавшего в памяти облика, кроме разве что маленьких и умных серых глазок. Он, правда, всё больше молчал и только кивал с одобрением, Софи же рассказывала увлечённо, отчаянно жестикулируя. О чём они, Лаванда не смогла услышать: казалось, сам воздух гасил здесь все звуки. Она подобралась поближе, но в этот момент Софи прервала разговор и недовольно осмотрела круг.
— Когда уже начнём? — бросила она капризно. — Мы сидим без дела уже хрен знает сколько времени.
Её сосед слева (его, как и того, что справа, Лаванда вроде бы уже где-то встречала) плавно и непринуждённо развернул руку с часами.
— Осталось немного подождать, Ваше Величество. У нас ведь ещё один человек.
— Ну как всегда, — Софи наморщила нос. — Сколько её помню, никогда не могла прийти вовремя.
— Ты к ней несправедлива, Волчонок, — отозвался невзрачный человек у дальней колонны, в котором Лаванда смутно признала Андрея Кедрова. — Уж в чём-чём, а в этом её сложно было обвинить.
Софи не удостоила его ответом, и снова зал погрузился в молчание, что перемежали иногда шёпоты и далёкое невнятное шушуканье.
Факелы всколыхнулись у дальних дверей. Все взгляды, как один, метнулись к входу, и на миг наступила настоящая тишина. Кто-то появился на пороге. Сделав шаг вперёд, человек остановился между огней.
— Я здесь, господа, — сказала Китти.
Она остановилась и заглушила мотор.
В наступившей тишине остался только тихий свист. Равнина за лобовым стеклом лежала бескрайняя и пустая, ветер взрывал снежные буруны и сметал крупу в воздух. Похоже, начиналась метель.
