— Тебе не кажется, что мы пошли по кругу?
— Очень может быть, — равнодушно подтвердила Китти.
Издалека вновь раздался гудок: один, два… Феликс насчитал два. Но наверно, третий мог увязнуть где-то по пути…
Машина встала на дыбы и остановилась.
— Что? Финиш?
— Сугроб, — Китти, повременив, тронула руль. — Сейчас сдадим назад.
И правда — машина, мотнув их в стороны, откатилась вниз. Китти удовлетворённо кивнула и оглянулась. Послала три гудка.
На них не отозвались.
Немного проехав, послали ещё три. И вновь ничего.
Они переглянулись друг с другом.
— Так, спокойно, — заключила Китти. — Выедем, посмотрим.
— Ты видишь, куда нам?
Вокруг молчала, чуть похрустывая, сизая мгла.
Вместо ответа Китти осторожно повела машину вперёд.
— Сибилла сказала, пожар не будет для меня летальным… Она сказала «не для тебя», так.
Медленно, вразвалку они двигались между стволов и веток. Пламени не было видно, только прибывало дыма и запаха гари, от которых слезились глаза, и ещё — это хлюпанье внизу… Так, наверно, и хлюпает настоящая смерть, подумал в какой-то момент Феликс. Нелепо, грязно, мелочно и совсем некрасиво.
Когда уже казалось, что на этом всё и из мглы не выбраться никогда, впереди проглянул просвет. Ничего не говоря даже, они устремились туда.
И да, на сей раз это был выход. Сначала дым посветлел, стал легче, как бы обещая «сейчас, сейчас», затем сквозь него просочились цвета и контуры предметов. Засыпанные снегом кусты, трасса — свободная трасса, уводящая в поля, вдаль от леса… Получилось.
Феликс потянулся к ручке на двери:
— Я открою окно.
— Да, давай вообще выйдем.
Они вынырнули из машины. Феликс прислонился к двери со своей стороны и закрыл глаза. Где-то в голове проплыла как-то отдельно, сама собой мысль, что вот так стоять он не должен и не имеет права так часто втягивать воздух — ну подумаешь, головокружение, бывает и посильнее… Но всё это было уже совершенно не важно: организм ничего не знал об этом и не желал слышать.
Феликс открыл глаза. На тропу, которой они шли, рухнуло, кракнув, горящее дерево.
Тут же вспомнилось, нарушив победное спокойствие. Он обернулся к Китти — та, похоже, думала о том же самом. Она быстро села за руль, даже не закрывая дверь, трижды дала гудок. Погодя, ещё трижды.
И ещё один — длинный и протяжный. Ничего в ответ.
Клаксон, — наскоро придумал Феликс. Сломался клаксон, поэтому и не было третьего гудка в последний раз. А если так, то они никак не могут ответить, хотя, конечно, прекрасно слышат…
Над верхушками леса, поодаль сбоку, выплыло нечто, и от него забылось на минуту даже о второй машине. Феликс всмотрелся, но так и не понял, как можно назвать это явление, хотя в реальности его не оставалось никаких сомнений.
Продолговатое, гладкое и округлое, похожее на металлический дирижабль — оно неспешно парило над деревьями, поджигая те, что сами не горели. За ним из-за макушек показалось несколько похожих, но только серебристые их тела были снабжены ножками, чтобы легонько трогать иногда древесные вершины. Из чащи пробиралось ещё одно — огромная безликая фигура, просто очень густая тень, отдалённо напоминающая человеческий силуэт. Этот ничего не замечал и просто шёл, сметая, если что-то попадалось ему на пути.
Китти почти неслышно возникла рядом.
— Кто они?
— Не знаю, Феликс. Не знаю.
Они говорили шёпотом, но тем, казалось, не было никакого дела до них. Плавно, в мертвенном молчании исполины уплывали вдаль: туда, где лес ещё оставался нетронут. От них веяло холодом и какой-то нездешней, совсем чуждой жизнью.
Когда последние скрылись из глаз, оба всё стояли рядом, не решаясь прервать молчание. Но это сделали за них.
Нараставший шум мотора сопроводили длинные яростные гудки. С совсем другой стороны быстро приближался немного попачканный внедорожник.
— Вы куда подевались? — остановив автомобиль, Пурпоров выскочил из-за руля. — Мы сигналим-сигналим!
— Это вы куда подевались! — прервал его Феликс, кидаясь им навстречу. — Мы-то, в отличие, ехали прямо.
— Ничего не прямо! Это мы ехали по тропе, как и договаривались, а вот куда вы свернули, я что-то без понятия.
— Куда надо было, туда и свернули! — из внедорожника уже выбрались Рамишев и Сибилла и со всем любопытством следили за перебранкой. Феликс махнул рукой. — Ладно, проехали. В буквальном смысле. Хорошо, что все здесь.
— Да уж точно, — кинул Пурпоров. Будто только вспомнив, они рассмеялись с облегчением, будто опасности были теперь позади. — Да… а куда нам теперь?
Все неловко переглянулись и замолчали. Заснеженная трасса уводила вдаль. Она была уже не такой ровной и гладкой, как прежде, и никаких знаков, ни единого указателя по бокам. Над сопками вдалеке серыми переливами нависло небо.
(С другой стороны только тихо догорал безымянный лес).
— У кого-нибудь есть предположения, где мы? — Феликс, сложив руки на груди, окинул взглядом окрестность. Никто ему не ответил. — Нет?.. С географией у всех проблемы однако.
— Господа, я предлагаю просто двинуться по трассе до ближайшего населённого пункта, — заговорила Китти, будто последняя реплика включила её снова. — Тогда станет яснее. Идёт?
