– Главным образом по стилю, – сказал он, – то есть, говоря откровенно, с помощью критического анализа. В ваших книгах повторяются одни и те же словосочетания, и я их проследил. Ваша школа.
После долгой паузы доктор Лаут закурила новую сигарету.
– И вы ждете от меня рецензии на нее? – наконец спросила она.
– Не то чтобы рецензии, – сказал Френсик. – По-моему, автору неэтично рецензировать собственную книгу. Я просто хотел обговорить с вами, как нам лучше всего преподнести эту новость.
– Какую новость?
– Что доктор Сидни Лаут, выдающийся критик, написала и «Девство», и «Дальний умысел». На мой взгляд, статья в «Таймс литерари сапплмент» вполне годится, чтобы заварить кашу. В конце концов, не каждый день ученый пишет бестселлер, точнее говоря, книгу, подобные которым она обличала всю жизнь…
– Воспрещаю, – задохнулась доктор Лаут. – Вы как мой агент…
– Мое, как вашего агента, дело – чтоб ваша книга продавалась. И заверяю вас, что литературный скандал, который вызовет это открытие в кругах, где вас прежде чтили…
– Нет, – сказала доктор Лаут. – Этого не должно быть.
– Опасаетесь за свою репутацию? – мягко спросил Френсик.
Доктор Лаут не ответила.
– О ней раньше нужно было подумать. А то вы поставили меня в очень неудобное положение. У меня, знаете ли, тоже есть репутация.
– У вас? Какая у вас может быть репутация? – Она словно плюнула в него этими словами.
Френсик подался вперед.
– Безупречная, – отчеканил он. – Вам этого не понять.
– Среди халтурщиков, – попыталась презрительно улыбнуться доктор Лаут.
– Да, среди них, – сказал Френсик, – и тут есть чем гордиться. Среди тех, кто без всякого лицемерия пишет ради денег.
– Ради наживы, грязной наживы.
– А вы это чего ради написали? – ухмыльнулся Френсик.
Маска устремила на него язвительный взгляд.
– Чтобы доказать, что я смогу, – сказала она, – что мне вполне под силу писать ходкую макулатуру. Считалось, что не смогу: книжный червь, кабинетное бесплодие. Я им доказала. – Голос ее возвысился.
– Вряд ли, – пожал плечами Френсик. – На титуле вашей фамилии нет, а без нее никто не знает, что вы там доказали.
– Никто и не должен знать.
– А я собираюсь всех уведомить, – сказал Френсик. – Захватывающая история. Автор-аноним, «Ллойдз банк», Машинописное агентство, мистер Кэдволладайн, Коркадилы, ваш американский издатель…
– Не смейте, – простонала она, – никто не должен об этом знать. Я сказала: воспрещаю.
– Это уже не в ваших руках, – сказал Френсик, – а в моих, и я их не стану марать вашим лицемерием. К тому же у меня есть и другой подопечный.
– Другой подопечный?
– Пипер, тот козел отпущения, посланный вместо вас в Америку. У него тоже, представьте себе, репутация.
– Должно быть, безупречная, вроде вашей, – хмыкнула доктор Лаут.
– В принципе – да, – сказал Френсик.
– Однако он рискнул ею ради денег.
– Пожалуй. Он хотел писать и нуждался в деньгах. Вы, насколько я понимаю, не нуждаетесь. Вы открещиваетесь от наживы, грязной наживы. Что ж, договоримся.
– Шантаж, – обозначила доктор Лаут и погасила сигарету. Френсику она стала еще омерзительней.
– Как нравственный урод, скрывающийся под чужим именем, вы на такие выражения не имеете права, – заметил он. – Приди вы ко мне с самого начала – я не стал бы вязаться с Пипером, но уж раз вам в обход честности мила анонимность, то мне теперь приходится выбирать между двумя авторами.
– Двумя? Почему двумя?
– Потому что Пипер претендует на авторство.
– Что ж, пусть. Принял бремя – неси его.
– Бремя бременем, а как с деньгами?
Доктор Лаут глядела на тлеющие угли.
– Ему ведь заплачено, – сказала она. – Чего он еще хочет?
– Всего, – сказал Френсик.
– И вы ему готовы уступить?
– Да, – сказал Френсик. – Моя репутация тоже под угрозой. Если будет скандал – мне несдобровать.
– Скандал? – Доктор Лаут покачала головой. – Скандала быть не должно.
– А будет, – сказал Френсик. – Видите ли, Пипер погиб.
– Погиб? – вздрогнула доктор Лаут. – Но вы только что сказали…
– Надо сворачивать его дела. Если дойдет до суда, то исчезновение двух миллионов долларов… Объяснять?
Доктор Лаут покачала головой.
– Что вам от меня нужно? – спросила она.
Френсик расслабился. Обошлось: он ее одолел.
– Напишите мне письмо, что вы знать ничего не знаете об этой книге.
– И этого достаточно?
– Для начала, – сказал Френсик. Доктор Лаут поднялась, пошла к письменному столу и писала минуту-другую; потом протянула письмо Френсику. Он прочел и кивнул.
– Теперь насчет рукописи, – сказал он. – Мне нужен оригинал и все рукописные копии, если такие были.
– Нет, – сказала она, – я все уничтожу.
– Уничтожайте, – сказал Френсик. – При мне.
