– Что-то жарко больно сегодня, – сказал старик, не поворачиваясь. – К грозе идёт.
– Солнце обещали, без дождя. Я и зонт не взял.
Старик усмехнулся. И я понял почему буквально десять минут спустя. Лошади втащили повозку на горку, колея, петлявшая в высоком кукурузном поле дальше спускалась вниз, уходя к горизонту, и если с одной стороны пригорка светило солнце, то с другой прямо на нас летела тёмная громада облаков.
– Что я говорил? – Старик закурил и пришпорил лошадей. – Надо бы где-то спрятаться.
Через пару минут налетел шквал, – редкое, в общем-то дело для наших широт, небо затянуло полностью и повозка затормозила под старым раскатистым дубом, часть которого до сих пор ещё растёт по дороге в Дулут, не доезжая километра до развилки с Пеннилейном, куда и направлялись, как выяснилось, старик с девочкой.
Мы стояли, наблюдая, как молнии колотят в землю – их несло со стороны озера.
Дальнейшее я помню плохо.
Мощным ударом молнии дуб раскололо пополам, часть его с треском повалилась на землю; обжигающий огонь разряда задел меня по касательной, слизнув кожу с руки и части спины, мощный, хлесткий толчок, змеей пробежавший по телу, отбросил меня на обгоревшую траву. Когда подоспела помощь, я почти не дышал.
