Тем не менее вчера на один краткий миг они с Титанией остро ощутили внутреннюю связь, и Мэтью надеялся сохранить этот чудный миг в памяти так же, как и самые нежные воспоминания о жене. К сожалению, придуманная им Титания в действительности не существовала. Виконтесса нарушила установленные им границы, вмешавшись в его семейные проблемы. Она осмелилась учить его, как обращаться с собственным сыном, а затем и вовсе объявила, что он ничего не понимает. Она даже обозвала его противным старым сухарем!
Расстроенный и мрачный, Мэтью подошел к столу и сел. Схватив перо, он приписал еще два пункта к списку необходимого снаряжения, надеясь найти спасение в работе. Но он с такой силой надавил на перо, что оно сломалось, Мэтью отшвырнул его в сторону. Проклятие, эта женщина была слишком откровенна и прямолинейна, она не признавала приличий, но при этом вызывала в нем такую вспышку страсти, что он не переставал себе удивляться. Почему это произошло? Только ли потому, что он видел ее тогда полуобнаженной, и теперь, стоит лишь ее увидеть, как в его памяти возникает ее столь соблазнительный, чарующий облик? Если так, ему лучше никогда больше ее не видеть.
К несчастью, у Мэтью не было выбора. Королева поручила ему найти негодяя, который стрелял в нее. А это означало, что ему снова придется выслушивать ее поучения.
И все же он не мог не признать, что почерпнул нечто очень важное из ее сегодняшней нотации. Пусть виконтесса развлекалась фокусами с картами, она не играла с Кэрью на деньги. Услышав ее объяснения, Мэтью сразу же поверил ей. Она была слишком прямой, слишком искренней, чтобы лгать.
После минутного размышления Мэтью признал еще одно ее качество: проницательность. Эта женщина слишком хорошо понимала его внутреннюю боль. Она играючи сокрушила барьеры, которыми Мэтью давно и надежно окружил себя, и пробудила в нем уснувшие было чувства, сводившие его с ума, когда он потерял Джоанну.
Но он не готов был снова пережить этот кошмар. Ни за какие сокровища.
В будущем ему следует избегать долгих разговоров с виконтессой. Но в одном Мэтью не мог с ней не согласиться. Он должен попытаться поговорить начистоту со своим сыном, как только вернется в Хэмптон-Корт.
Через час Мэтью закончил подсчеты провизии, требуемой для следующего плавания. Хью постучал и получил разрешение войти.
– Письмо, милорд. – Хью протянул ему листок веленевой бумаги, запечатанной красным воском.
Мэтью сломал печать, прочитал несколько строк и в раздражении швырнул письмо обратно боцману.
– Что такое, милорд? – спросил тот, с любопытством разглядывая печать.
– Прочти сам. Граф Эссекс отменяет дуэль. – Мэтью сердито фыркнул. – Ее величество требует его присутствия сегодня вечером. Он пишет, что прощает меня на этот раз, но я не должен больше попадаться ему на пути.
– Может, мне стоит сообщить это вашим секундантам? – На лице Хью ясно читалось облегчение.
– Да, спасибо, Хью. Я совсем о них забыл. – Он жестом пригласил боцмана садиться. Как жаль, что он не может жить на корабле, чтобы не сталкиваться впредь с идиотами, подобными Эссексу.
– Прошу прощения, что затрагиваю эту тему, милорд, – осторожно проговорил Хью, располагаясь на стуле и кладя свою деревянную ногу на табурет. – Но виконтесса Вентворт кажется мне на редкость доброй леди. И она искренне переживает за мастера Кэрью.
Мэтью демонстративно уперся взглядом в потолок своей каюты, понимая, что Хью услышал часть их разговора.
– Ты, Хью, можешь вмешиваться в мои дела. Она – нет.
– Но, по-моему, она не относится к тем женщинам, которые лезут в чужие дела. Ее поведение больше похоже на материнское беспокойство, – размышлял Хью, делая вид, что не замечает реакции капитана. – Мастеру Кэрью нужен кто-то, кто бы заботился о нем.
– У него есть Фрэнсис, моя невестка. Он очень привязан к ней, – проворчал Мэтью, возмущенный словами боцмана. Как только тому в голову пришло предложить, чтобы виконтесса принимала участие в его делах?
– Покорнейше прошу простить меня, милорд, – как можно мягче проговорил Хью, – но мастеру Кэрью нужны вы, как бы он ни любил вашего брата и вашу невестку.
– Тогда какого дьявола ты говоришь, что ему нужна виконтесса Вентворт? И прекрати наконец каждый раз просить у меня прощения! Пусть у меня скверный характер, но я ведь не кусаюсь! Во всяком случае, тебе это не грозит. – Мэтью уперся локтями в стол и обхватил руками разболевшуюся голову. Пытаясь таким образом извиниться перед Хью, которому он был обязан тем, что стал настоящим морским волком. Благодаря настойчивости Хью они догнали тогда Дрейка и его команду в Панаме. Имея письмо к Дрейку от зятя Мэтью, графа Уинфорда, они были приняты на корабль все трое: Мэтью, его младший брат Чарльз и Хью.
