Матриархальная принцесса взяла в мужья четверых преступников, намереваясь помочь им сбежать и спасти их от смерти, чтобы освободить себя от необходимости вступать в реальный брак. Теперь они должны спасать её.
Кассиус
Они уже месяц были в бегах, последнюю неделю скрывались у приютившей их бедняцкой семьи. Сидели тихо, не высовывались. Пираты вписались как родные в своих потрепанных рубахах, они даже могли позволить себе выйти из дома, однажды выбрались в город разведать обстановку.
Принцесса наотрез отказывалась переодеваться и покидать комнату, которую ей позволили занять в доме. В своем старом алом платье из замка, порядком истрепавшемся за долгие недели скитаний, она стала похожа на нищенку и оборванку больше, чем окружавшие ее бедняки. Их одежды были скромны, но хотя бы выстираны и подшиты.
Кроме того, девушка ничего не ела почти всю неделю. Её тело, и раньше стройное, стало совсем костлявым, под тонкой белой кожей виднелись вены.
– Ты совсем ничего не ешь, – тихо отметил Кассиус. Он вернулся с работы, которую ему позволили делать как самому спокойному из беглецов, и решил навестить принцессу. Опираясь на дверной косяк, он смотрел на нее с жалостью.
Мианда сидела на постели, глядя в окно, почти не дыша, будто сомнамбула. Казалось, она провела так весь день и не очнулась бы, если бы не голос Кассиуса.
– А ты следишь за тем, что тебя касаться не должно.
– Миа, ну перестань. Ты можешь злиться, сколько угодно, но это не повод морить себя голодом, – мужчина тяжело вздохнул и присел рядом с ней на кровать, уперся локтями в колени.
– Я не злюсь на тебя, Касси, – Мианда отвечала коротко, прятала лицо, отворачиваясь от мужа.
– А на кого-то еще?
– Дело вообще не в злости.
Она могла бы солгать, но уже успела понять, что с Кассиусом это бесполезно. Из четверых ее мужей он был самым проницательным и приставучим, потому всегда добирался до истины. Теперь, Миа была уверена, он уже заметил ее дрожащие от страха и голода руки. Вот-вот он снова обхитрит ее и заставит всё рассказать.
– Я предположил бы, что тебе не нравится местная еда, но вряд ли ты была бы настолько привередливой, чтобы одолеть голод, – Кассиус взял жену за руку. С их первой встречи ее кожа погрубела, все пальцы были изрезаны или исцарапаны. Побег превратил ее в обычную девушку.
– Думаешь, мне бы не хватило упрямства? – Мианда усмехнулась, сжала его руку, чтобы скрыть свою дрожь.
– Да, ты хороша в поспешных решениях, но играть в долгую не умеешь. Миа, дело ведь не в твоем решении. Это что-то останавливает тебя без твоей воли. Я поставлю на страх, – его игривое настроение совершенно не успокаивало.
Принцесса глянула на мужа хмуро: тонкие золотые брови сведены к носу, острые губы плотно сжаты, а из зеленых глаз будто вот-вот вырвется уничтожающее пламя. Кассиус расслабленно улыбнулся, осознав свою победу. Его вечная уверенность в несерьезности ее намерений начала задевать Мианду.
– Еще раз сделаешь ставку на мое состояние, клянусь, я в тебя чем-нибудь запущу!
***
– Тебя как зовут? – принцесса присела на колени рядом с темноволосым пиратом.
За скованные цепями руки его держали двое охранников, один из которых поддавливал ногой на спину пленника, сидящего на коленях, чтобы тому точно было не вырваться. Пират поднял голову, демонстрируя симпатичное лицо, покрытое ссадинами после недавней битвы. Он хмурился, отчего на темные синие глаза легла мрачная тень, будто в них вздымались бушующие гневные волны. С такими глазами цвета враждебного открытого океана он просто не мог бы стать кем-то другим.
– Отвечай! – рыкнул охранник, посильнее надавив на спину пленника и выворачивая его руку.
– Кассиус, – выплюнул пират, когда заставившая вскрикнуть вспышка боли в плече прекратилась.
– Приятно познакомиться. Надеюсь, в следующий раз ты будешь отвечать сразу, мне бы не хотелось, чтобы тебе снова причиняли боль, все-таки ты мой будущий муж, – Мианда шикнула, когда Кассиус попытался выдавить из себя какое-то ругательство. – Я пришла все тебе объяснить. Вы ведь не местные и не в курсе обычаев, так что, должно быть, сейчас в ужасном замешательстве.
Пират смотрел на нее со странной смесью ненависти и любопытства. Мианда видела в его глазах жар страсти, рождающий бунт. То, что она искала в каждом из четверых, и наконец нашла.
– Итак, Кассиус… Ты наверняка уже понял, что находишься в необычном месте. Но я не буду долго объяснять тебе все особенности привычного мне мира, тебе достаточно будет знать об одном важном обычае, – ноги затекли, и Миа выпрямилась, поправила платье, и стала коршуном кружить около скованного Кассиуса, с удовольствием отмечая, что он неотрывно за ней следил. – Если девушка хочет завести мужа, но ему назначен смертный приговор, она имеет право, бросив к его ногам на казни красную розу, все же заполучить его на целых два дня. Первый для подготовки свадьбы, второй для свадьбы. Потом они проводят вместе брачную ночь, и на третий день преступника все-таки ждет назначенная казнь. Как ты мог заметить, я решила воспользоваться своим правом на небольшую игру.
– Это для тебя забава-А-А!
