– Здравствуйте! – сказала девушка. – Роман Евгеньевич велели подать… Тут вот кофе в термосе, печенье, фрукты, орешки. Ну, что вам захочется, одним словом.
– Очень мило. Вы поставьте поднос. Кофе я потом, наверное, выпью. А как вас зовут?
– Нина.
– А меня Александрина Юрьевна. Вы красивая, Нина!
– Спасибо! Я никогда не слыхала такого имени, царственное какое-то…
В этот момент примчалась Вероника.
– Я готова!
– Сядь, пожалуйста, как вчера.
– А вы сегодня уже красками будете работать?
– Да. Красками.
– А когда красками, разговаривать можно?
– Можно, – улыбнулась Сандра.
Девочка очень ей нравилась, и она с удовольствием взялась за работу.
Утром, после обильного и очень вкусного завтрака, Тимур спросил:
– Ну что, Бобби, поедем в Москву?
– Поедем, конечно, поедем!
– Тимка, можешь сегодня взять мою машину, – предложил Сергей Сергеевич.
– Да нет, папа, спасибо, но без машины проще. Где ее парковать, постоянная проблема. Поедем на электричке. Пусть Боб наблюдает российскую действительность.
– Ну, как угодно.
– Боб, одевайся теплее, – посоветовал другу Тимур.
Они вышли из дому и направились к станции.
– Какой у тебя удивительный отец!
– Удивительный? Чем это?
– Такой умный, столько всего знает и так тонко все понимает… И еще он просто очень обаятельный. По-моему, он безумно рад твоему приезду.
– Да, правда. Я и сам чертовски рад. Наверное, я все-таки вернусь в Россию. А скажи-ка мне, Бобби, что тебе хотелось бы увидеть в Москве в первую очередь?
– Ну, вероятно, это страшное место… Кремль.
– Страшное место? – фыркнул Тимур. – Ладно, покажу тебе это страшное место. А еще что?
– А что нужно смотреть? Но вообще-то я мечтаю попасть туда, где жил Лев Толстой.
– В Хамовники или в Ясную Поляну?
– О да, Ясная Поляна.
– Понял. Но туда три часа езды. На днях обязательно свожу тебя туда, хотя сейчас не лучшее время для Ясной Поляны, летом там очень красиво.
– А ты там был?
– В далеком детстве, отец меня возил, считал, что ребенок непременно должен там побывать. А еще мы поедем в Санкт-Петербург. Это такая красота.
– Хорошо! Я заранее на все согласен! – радостно улыбнулся Роберт.
– А завтра мы встречаемся с Вениамином в связи с фильмом о тебе. Ох, я совсем забыл, на той неделе начинается Масленица. Ты ел когда-нибудь настоящие русские блины?
– Блины? Нет. А что это?
Тимур поведал другу все, что помнил о Масленице и блинах. Тот слушал с огромным интересом.
Первым делом отправились на Красную площадь, где еще работал каток.
– Вот, гляди, это и есть Кремль. Тебе уже страшно?
– Тут так красиво… А вон тот храм вообще чудо из сказки…
– Это знаменитый собор Василия Блаженного.
– Прости, Тимур, а ты… не мог бы подождать меня где-то поблизости… скажем, минут пятнадцать? Мне так хочется немного побродить здесь.
– Не проблема! Тут есть хорошее кафе, вон там, видишь, я буду тебя ждать. Смотри, не потеряйся, турист!
Тимур с удовольствием отправился в кафе на территории ГУМа. Роль экскурсовода не слишком его привлекала. Выпив чашку превосходного кофе, он вдруг достал телефон и набрал номер Сандры. Однако ее телефон был заблокирован. Он ощутил укол разочарования. Ему казалось, что если он сейчас услышит ее голос, жизнь заиграет теми красками, которых ему так не хватало в последнее время. Но увы…
А вскоре появился Роберт, изрядно замерзший, но с сияющими глазами.
– Тим, это великолепно! И как-то совсем не страшно. Скажи, а попасть за эту стену возможно?
– И не только за стену, но и в сам Кремль.
– Туда пускают? – поразился Роберт.
– Ну, у вас же пускают на экскурсии в Белый дом, – пожал плечами Тимур.
Роберт пристально посмотрел на него и улыбнулся.
– Ты вот уже говоришь «у вас». Значит, ты, в сущности, уже вернулся.
– Пожалуй, ты прав. Но знаешь, это теперь тут, на Красной площади, каток работает, проводятся всякие фестивали и концерты, а в моей юности она-таки производила на меня довольно зловещее впечатление. Хочешь кофе с коньяком? Согреешься быстрее.
– Хочу! И чего-нибудь сладкого!
– Да, пожалуй!
Отхлебнув кофе с коньяком, Роберт вдруг положил руку на руку Тимура и сказал очень прочувствованно:
– Тимур, у меня даже нет слов, чтобы выразить тебе мою благодарность. У меня ведь было ощущение, что жизнь кончилась, рухнула в одночасье, а теперь передо мной открывается перспектива какой-то другой жизни, совершенно неведомой, но захватывающе интересной… Я всегда ценил и любил русскую литературу, но это было что-то… как бы это сказать… отдельное от понятия «Россия», которое со времен моей ранней юности стало какой-то идиотской страшилкой… Такая глупость… И сейчас мне здесь так невероятно интересно!
Вечером к Сандре приехал сын.
– Наконец-то! – обрадовалась она. – Я так соскучилась. Что слышно, что нового?
– Что нового! Корплю над дипломом! А ты как?
– Нормально. Пишу портрет семилетней девчушки, дочки одного богатющего бизнесмена. Девочка само очарование и уже заявила, что мечтает стать твоей женой!
– Моей? – рассмеялся Алексей.
