Подняв шар, я понял, что ему недолго осталось. Трещинки, словно корешки невидимого растения, продолжали медленно расползаться по хрусталю, грозя в скором времени превратить его в мелкое крошево. Однако я с удивлением обнаружил, что внутри поврежденного артефакта клубился черный дым. Видимо, Том настолько сильно хотел вырваться, что оставил в капкане свою лапу. Вот так удача! Оторванную часть души можно использовать в самых разных ритуалах. Конечно, с ее помощью полноценную власть над основой получить нельзя, но определенное влияние на него оказывать можно.
Так, хватит стоять столбом! Нужно срочно подобрать для моего трофея более надежное вместилище. К сожалению, у меня из артефактов только палочка да мантия. Амулеты в качестве вместилища крестража использовать нельзя, осквернить так называемые 'Дары Смерти' у меня рука не поднимется, домовиков звать бесполезно - они все равно не смогут проникнуть в сейф с коллекцией, а аппарацию 'осколок' точно не переживет... Scheisse! Verdammte Scheisse!
Тут мое внимание привлек копошившийся в колыбельке младенец. Обиженный тем, что на его плач никто не обращает внимания и не бежит утешать, он начал швыряться погремушками. Немного поразмыслив, я решил, что лучшего варианта у меня нет. Черный дым уже начал выходить из разрушающегося шара, просачиваясь сквозь мои пальцы. Нужно было спешить. Подскочив к колыбели, я направил палочку на лоб Гарри и решительным росчерком вырезал руну 'соулу'. Следующее заклинание надежно зафиксировало ребенка, и я принялся торопливо выписывать в воздухе сложнейшую рунную вязь.
Практика в создании крестражей у меня имелась, поэтому за результат я не переживал. Ритуального убийства жертвы, обеспечивающего нужный материал для латания прорехи в собственной духовной составляющей, мне сегодня не требовалось, поэтому и полминуты не прошло, как ошметок души был тщательно упакован и помещен в череп маленького Поттера. Управляющих схем и защитных блоков я не ставил - некогда. Лишь минимизировал влияние и наложил маскировку, чтобы каждому, кто надумал бы обследовать мальчика, стало понятно - рана на лбу является результатом темного проклятия.
Закончив и оглядев дело рук своих, я довольно ухмыльнулся. Пусть я и проиграл эту битву, но исход войны еще неясен. К тому же сегодняшний случай можно легко выставить в нужном мне свете. Обратить поражение в победу. Поэтому ты, мальчик мой, заменишь своего отца. Станешь героем-спасителем. Ну а я постараюсь учесть прошлые ошибки и воспитать тебя в правильном ключе. Мой сорвавшийся план еще можно претворить в жизнь. Нужно лишь немного подождать.
- Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, - задумчиво пробормотал я. - А что? Неплохо звучит!
В комнату осторожно заглянул Петтигрю, увидел во мраке мою фигуру и неуверенно спросил:
- Мой Лорд?
Я махнул палочкой, отправив в анимага невербальный 'конфудус'. Ты мне еще понадобишься, Питер! Во-первых, глупо разбрасываться такими талантливыми актерами, а во-вторых, я уверен - в будущем 'предатель семьи Поттеров' обязательно должен появиться на сцене... Нет, детали плана продумаю позже, а сейчас нужно уходить, пока на шум в дом не нагрянули соседи. Фиделиуса-то уже нет, да и мочевой пузырь отсчитывает последние секунды до конфуза.
Ссыпав осколки 'Ловца Душ' в карман и стерев хнычущему Гарри последние воспоминания, я поднял целую и невредимую мантию-невидимку (артефактам такого уровня даже адское пламя не страшно!), осветил 'люмусом' останки Темного Лорда и с удивлением обнаружил чудом сохранившуюся палочку с пером Фоукса, отскочившую к ножке кровати. Поразмыслил и решил прихватить ее с собой. Затем крепко обнял находившегося в прострации Петтигрю и вместе с ним аппарировал прочь с места трагедии...
* * *
Возвращение в реальность сопровождалось поистине адскими муками. Мне показалось, что в моей бедной головушке рванула сверхновая, настолько сильными были захлестывающие разум ощущения. В носу противно хлюпало, в ушах поселился противный звон, а глаза резало так, будто в них песка насыпали.
- Ох и гад же ты, Дамби! - успел прошипеть я, прежде чем искорка моего сознания растворилась в пучине всепоглощающей боли.
Глава 6
Пробуждение выдалось ужасным. Голова была налита свинцом и гудела, как трансформаторная будка, тело подчинялось плохо, словно за ночь мышцы большей частью превратились в вату, в глазах двоилось, а пересохшая глотка распухла и с трудом пропускала в себя воздух. В общем, я бы наверняка решил, что меня скосил грипп, если бы не тот факт, что волшебники им не болели по причине врожденного иммунитета.
