- До сих пор мы с тобой занимались ерундой, собачась из-за пустяков и пытаясь пнуть оппонента побольнее. Время игр прошло. Сейчас на кону не вопрос лидерства той или иной фракции, а проблема выживания волшебников. Если мы не достигнем согласия, в будущем произойдет все то, что я только что обрисовал. Маги других стран данную проблему уже осознали и активно работают над путями ее решения, и лишь мы благодаря той самой ереси на тему чистокровности находимся в числе безнадежно отстающих. Уже проводятся исследования, наглядно доказывающие возможность объединения магии и техники, а также невероятную полезность данного направления. Уже появились наработки, способные защитить чувствительную электронику в местах проживания магов, тогда как у англичан до сих пор существует закон, запрещающий им зачаровывать маггловские вещи. Причем абсурдность этого закона понимает даже начальник отдела, призванного следить за его выполнением, втайне от всех изобретая в своем сарае летающий автомобиль на основе старого маггловского 'Форда'... В общем, у нас с тобой есть примерно десять лет на то, чтобы остановить распри, стать единой нацией, тщательно изучить мир магглов, взять из него все лучшее и адаптировать под себя, сохранив при этом свой дар - магию. Всего десять лет, чтобы научиться жить в мире, который мы привыкли презирать или на который просто не обращали внимания. Справимся - выживем, нет... Кхе-кхе... Да что ж такое-то!
Я снова плеснул воды в поилку. Надо бы себе нормальную кружку на рабочем месте завести, а то уже перед фениксом стыдно.
- Так вот почему ваш законопроект имеет настолько промаггловский характер, - задумчиво протянул Люциус. - Но почему же вы сразу не озвучили свои предположения и выводы на заседании Визенгамота? Зачем было таиться и использовать обходные пути?
- Да ты юморист, как я погляжу! Ну, положим, прочитал я свой доклад на тему 'Скорая война с магглами и ее последствия'. Результат - десятеро присутствующих рассмеются мне в лицо, десять покрутят пальцами у виска и промолчат, десять задумаются и будут следить за реакцией остальных, а оставшиеся используют этот повод, чтобы доказать всем, что я сошел с ума. Оно мне надо? Уж лучше выбрать обходной путь, который иногда оказывается намного короче дороги, ведущей напрямик.
- Хорошо. Допустим, я принимаю все ваши аргументы и даже в чем-то согласен. Но зачем тогда продвигать старую, Мерлином забытую декларацию равных прав для волшебных существ? Насчет магглорожденных спорить не буду. Если они действительно так нужны нам для устранения угрозы вымирания, я стану первым, кто открыто заявит о бредовости теории чистой крови. Но гоблины-то нам зачем?
Я криво ухмыльнулся:
- Люц, ты глядишь поверхностно. Я хочу не просто дать гоблинам, вейлам и прочим равные с волшебниками права, а сделать их полноценными гражданами магической Англии.
- А разве это не одно и то же?
- Разумеется, нет. Ведь у граждан любого государства помимо прав имеется еще и великое множество обязанностей. Например, защита своей страны от внешних и внутренних врагов, соблюдение действующего законодательства, своевременная уплата налогов... Дальше продолжать?
Малфой задумался. Я не мешал ему. Мне и самому было, о чем поразмыслить. Дикий сплав из воспоминаний Дамблдора, сюжетов прочитанных в прошлой жизни фанфиков и собственных мыслей вряд ли убедит бывшего Пожирателя в моей правоте. Ведь аргументов, убедительно доказывающих мою теорию, я ему так и не предоставил. Однако больше я ничего сделать не мог. У меня остался лишь один козырь в рукаве, который следовало приберечь напоследок.
- Даже если я соглашусь на открытое сотрудничество, то все равно не смогу поддержать ваш законопроект, - отмер Люциус. - Мне многие пункты в нем не нравятся, а некоторые и вовсе выглядят абсурдно.
Тяжело вздохнув, я зашел издалека:
- Больше десяти лет назад, когда ты еще учился в этих стенах, в СССР был выпущен замечательный фильм 'Бриллиантовая рука', моментально ставший хитом кинопроката. Режиссер этой картины, Леонид Гайдай, чтобы его работу пропустила суровая партийная цензура, вставил в самом конце кадры с ядерным взрывом, которые ну никак не вязались с общим содержанием ленты. Цензоры, едва ознакомившись с картиной, настолько обалдели, что наперебой стали требовать у режиссера их удалить. После долгих уговоров тот, наконец, уступил и отрезал этот фрагмент. Зато все остальные 'вольные' шутки, 'сомнительные' сцены и прочее, что могло не понравится приемной комиссии, осталось в фильме... Аналогия понятна?
- Вполне. А если я попрошу вас не удалить, а дополнить законопроект несколькими новыми параграфами? - с надеждой уточнил блондин.
- Да делай с ним, что хочешь! Результат, который мне нужен, я тебе озвучил, а каким образом он будет достигнут - плевать... Если у тебя все, вернемся на исходную. Ты уже определился с ответом на мой вопрос?
Малфой покачал головой:
- Простите, господин директор, но мне нужно время, чтобы все обдумать.
Вот же баран упрямый! Придется зайти с козырей.
