— Согласно моим прогнозам, донорская ткань окончательно сольется с энергетической оболочкой в течение суток. Еще неделя понадобится ей, чтобы перенять особенности магии Гарри, а через месяц на душе мальчика не останется даже следов от повреждений. Логика подсказывает мне, что в этот период Гарри лучше воздержаться от активного использования магии, поскольку опустошение резерва замедлит процесс восстановления… Короче, все будет в порядке! Не переживайте!
— Значит, мне уже можно будить мальчика? — осведомилась Поппи, не скрывая облегчения.
— Погоди. Сперва скажи, у тебя найдутся глазные капли, которые обычно используются для восстановления зрения?
— Стараниями Малфоя в моем хранилище можно найти несколько препаратов подобного типа. Но что конкретно вы намерены предпринять?
— Взять капли, добавить туда слезы Фоукса и использовать их по назначению непосредственно перед пробуждением Гарри, — пояснил я. — Причем обязательно нужно сделать мальчику плотную повязку на лице. Чтобы он, проснувшись, ничего не увидел, но почувствовал резь или жжение в глазах и решил, что процесс исцеления идет полным ходом. А когда капли прекратят работу и повязка будет снята, искренняя вера ребенка-волшебника вполне может совершить маленькое чудо, исправив серьезный наследственный недостаток. Что скажешь?
Помфри задумчиво поглядела на мелкого и протянула:
— Значит, вы это имели в виду, говоря о соответствующем антураже? Честно признаться, в тот момент я не поверила вашим словам, но теперь думаю, что идея может сработать. Сейчас принесу капли.
Колдомедик отправилась шерстить свои необъятные закрома, а я обратился к повеселевшей Минерве:
— Ты бы сходила к коллегам, обрадовала их новостью об успешном изгнании духа. Заодно передай всем мою огромную благодарность за безукоризненно проведенную операцию. Только сразу предупреди их, чтобы не спешили в Больничное крыло. Квиррелл пока не в состоянии принимать посетителей. И еще… Надеюсь, ты понимаешь, что подробности лечения нашего Гарри лучше скрыть? Никакого упоминания о шраме и всем прочем — мальчик здесь только из-за проблем со зрением.
МакГонагалл приподняла бровь:
— Ты что, считаешь меня полной дурой?
— Прости, — поднял я руки, подарив профессору обезоруживающую улыбку. — Ляпнул, не подумав.
— Извинения приняты, — величаво кивнула кошечка и тоже покинула палату.
Попросив устроившегося на грядушке койки фамильяра, чтобы птах, когда целительница вернется, накапал ей немного слез для мальчика, я присел рядом с Квиринусом, достал палочку и с помощью несложного заклинания проник в разум мага, который представлял собой огромную картотеку. Первым делом я удалил созданные директором закладки, обеспечивающие профессору жажду личной силы и навязчивое желание с головой погрузиться в изучение темной магии. Сделать это было легко, ведь я знал, что именно нужно искать. Далее настал черед 'подарочков', которые сделал своему носителю щедрый Волдеморт.
Вот над ними пришлось изрядно попотеть. Нет, обнаружение никаких затруднений не вызвало — Реддл работал на удивление грубо, даже не собираясь затирать следы своего воздействия, но 'сюрпризов' оказалось так много, что субъективно удаление всех ложных воспоминаний, навязанных клятв, ментальных коррекций и прочего отняло у меня около четырех часов. Зато в итоге разум-картотека Квиррелла приобрела образцово-показательный порядок, ведь собственной силы на ее восстановление я потратил уйму. Да уж, со своей памятью работать намного легче!
Утерев с лица виртуальный пот, я признал, что теперь некоторые нестыковки канона получили объяснение. Ранее я недоумевал, отчего профессор предоставил подселенцу неограниченную власть над собой, хотя в ответ не получил никаких ценных плюшек. Обещание щедрой награды после добычи философского камня не в счет — реальный Квиррелл на такое бы не купился. Маг с самого начала планировал использовать Лорда в своих целях, а значит, не стал бы идти у него на поводу и пускаться в непродуманные авантюры. Оказалось, ответ на загадку прост, как валенки — смена 'прошивки'. За месяц симбиоза Волдеморт успел настолько сильно проехаться по мозгам бедняги, что превратил его в раба. Профессор не приносил клятвы Лорду, не носил Темную метку, но при этом даже в мыслях не смел перечить своему 'господину'. Такие вот пирожки с котятами.
Поразмыслив, я решил не мудрить с внедрением ложных воспоминаний. Легилиментом Квиринус не являлся, но окклюментными техниками владел на должном уровне, о чем говорило упорядоченное хранилище памяти профессора, и шансы, что маг распознает обман, были достаточно велики. Если Темный Лорд, заполучив себе временное пристанище, сразу же отбил у Квиррелла всякую охоту залезать в глубины разума, то сейчас Квиринусу ничего не мешало тщательнейшим образом изучить определенные фрагменты своей памяти и выявить подделку. Нет, рисковать не стоит! Уж лучше выбрать иной способ убеждения. Главное — чтобы у меня хватило времени на подготовку.
