А вот про жалеющего горемычных страдалиц духа озера Сет слышал впервые. Зато это его наличие объясняло приток русалок. И фраза про иммортала и демиурга зацепила. «Выходит, что демиург в юниверсуме все-таки в наличии, и он не против их присутствия? Если он рассмеялся, то он воплощен? Или был воплощен лет двадцать назад, когда участились случаи с русалками? Увы, сейчас уже и не вспомнить, кто навещал Итернитас в тот период. Неужели ни Отец, ни я не смогли распознать такое могущественное существо как демиург? Да еще и иммортал, способный вдохнуть жизнь в воду… Эх, знать бы об этом чуть раньше…» — у Князя перехватило дух от мысли, что творец мира мог стоять рядом с ним на расстоянии руки, а он об этом даже не догадывался. Но, увы, событие было явно слишком давним, чтобы представлять интерес.
Сет перевел взгляд за смотрящую на него во все глаза Есению и улыбнулся. Ранее, видя её покорность и вечное нытье, подумывал, что удобнее для всех будет, если он воспитает её под себя. Доломает в нужных местах то, что начали сгибать её родные и земляки. Она казалась мягкой как глина — и слепить можно было весьма симпатичную куклу.
«А девка-то сейчас могла бы вместе с русалками в озере плескаться, а нет ведь — справилась. Пусть и с помощью. Может всё же остался в ней еще внутренний стержень? Как бы проверить?» — сомнения вс ётаки не полностью оставили Сета, и он вновь направил на девку оценивающий взгляд.
И случай вскоре представился.
<p>Глава 25. Антонов огонь</p>«Ну вот что ей надо, а? Я же вижу её сладкое волнение. Чувствую, как ускоряется кровь, и её тело изнывает в томном вожделении. А кроткий взгляд её лазоревых глаз меня с ума сводит. Я даже невольно начал сравнивать их с драгоценными камнями. Пришел к выводу, что больше всего подходит апатит. Либо адуляр — лунный камень… Первый прозрачен как слеза и изменяет свой цвет не хуже хамелеона от самого светлого топаза до всполохов синего в черном опале. Понимаю, что это освещения зависит, но как же завораживает… А второй вариант таит в себе секрет. Они изнутри мягко светятся. Настраивает на некий лирический лад.
Но где я, и где поэзия? Даже забавно. Поймав себя на мысли, что слишком уж обращаю внимание на взгляд простой девки, подумалось смешное — неужто умудрился влюбиться? Поразмыслил — нет. Показалось. Это все тягучая скука. Я и трещины на стенах Итернитаса порой с интересом разглядываю, и мерещится в них некий проблеск света. Скука и одиночество… Как бы с Джастином примириться? Палку я точно перегнул, но и он совершенно не подумавши повёл себя. Одно дело, когда мы наедине, и он высказывается — но при свидетелях…
