После ухода красноармейца обсуждений особых не возникло, было принято решение выдать людям оружие, но Илюшин, как бы не в значай отметил, что он еще за ними понаблюдает. На том и порешили.
Снова разведка мельницы. В это раз пошли одни пацаны, Костя Кирилов и Антон Сашко, без оружия и в цивильной одежде. Их на расстоянии, не приближаясь близко к селу, страховали Иванов с Фриш. Нам было необходимо узнать, что предпримут немцы после нападения на грузовики и дерзкого налета Кривоноса.
Нас утро встречает прохладой. В принципе так оно и есть. Абсолютно по первой строчке стихотворения В. Корнилова, на которое потом положили музыку и исполнили в фильме "Встречный". А нас, это меня и Ульяну. Ну а куда я из колеи то денусь. Сами знаете, если чего хочет женщина.... А прохлада, потому, что ночевать то вместе нам негде, нет, конечно, можно в моей землянке, но там комиссар, или в землянке Ульяны, но там наш старший военфельдшер, да и не одна. Про Кротова забывать не надо. Да и мы с Улей, свои отношения особо не афишируем, незачем оно как-то. А вот по поводу Кротова и Галечки Зотовой нужно вопрос поднять. Мы же им даже бумагу с комиссаром составили. Надо для них отдельную землянку оборудовать, как раз и нам с Ульяной место освободиться, а то холодновато по ночам начинает быть. Нет, решено, организовываем молодым подарок, а то как-то упустили это дело.
Разведка доложила интересные вещи. Немцы прониклись, и теперь в селе, где находилась мельница, было до взвода немецких солдат. Людей собрали возле бывшего здания поселкового совета и, назначив нового старосту, бывшего агронома, мужичка лет 50 довольно потрепанного жизнью, с вечной боязнью чего-либо, довели до сведения населения, что в округе появилась небольшая банда коммунистов, и если что, то и того. В смысле за оказание помощи бандитам расстрел, за укрывательство расстрел, за недоносительство, расстрел, за ... расстрел, и так далее. В принципе все как всегда, чуть, что расстрел и точка. Приехавшие солдаты даже попробовали прочесать близлежащий участок леса, но быстро поняв всю бесперспективность этой идеи, вернулись в село. Новых пленных на мельницу не привозили, ограничившись парой оставшихся, добавив к ним несколько местных жителей. Интересно было и то, что полицаев видно не было, возможно убрали из села, а может просто были в отъезде, сказать трудно.
Собравшись в нашей штабной землянке с комиссаром и Кривоносом, которого специально позвал посоветоваться, пришли к выводу, что наши мысли шли в верном направлении, и муку немцы повезут теперь в составе конвоя, далеко не из пары машин. Да и под обязательным силовым прикрытием. Возможно, даже притащат откуда-нибудь броню. Что в свете последних событий было вполне реально.
На следующий день в село пришло сразу девять машин с зерном в сопровождении нескольких мотоциклов и грузовика с солдатами. Разгрузившись, машины остались в селе. Наутро пришло еще шесть грузовиков с зерном, под охраной мотоциклистов. И это не считая, постоянно подъезжающих подвод. В этот же вечер прибыли на двух подводах и полицаи.
Получив ночью доклад, о такой активности немцем принял решение, с утра устроить засаду, и ждать прохода большой колонны с мукой, на это дело вместе с собой подписали мужиков из Бобровичей, а так же после некоторого колебания и людей из расположившегося неподалеку от нас лагеря. Правда, четко оговорив со всеми, что до окончания боя никто, никуда не лезет.
Утро мы практически всем отрядом встречали в засаде. Немного в отдалении, в черте леса собрался народ, надеющийся поживиться мукой, если нам удастся разгромить караван.
По дороге к селу, со стороны большака проехала легковая машина в сопровождении мотоцикла спереди и небольшого четырехколесного пулеметного бронеавтомобиля сзади.
Стало ясно, что пожаловало немецкое начальство, значит, скорее всего, конвой с мукой пойдет в ближайшее время.
Примерно через час на дороге показались подводы с полицаями. По виду бравых немецких помогальщиков, которые ехали на телегах в изрядном подпитии, вероятно пытались заглушить в себе страх, было видно, что немцы в это раз решили провести караван с мукой, до точки назначения, а посланные вперед полицаи, являлись лакмусовой бумагой, для выявления нашей реакции.
Примерно минут через сорок после проезда содействующих, еще один перевод слова "HILF", написанного на повязках полицаев, показалась наша главная на сегодня цель.
Первыми в конвое ехали три цундапа, с пулеметчиками в колясках, за ними грузик со стрелками, легковая машина, судя по эмблеме на капоте, Вандерер W11. Следом снова два мотоцикла, за ними семнадцать гузовиков, в основном старенькие "Богварды", но в их рядах попадались и "Мерседес L 3000", и несколько "Магирусов", пятнадцать из грузовых машин везли муку, а два солдат вермахта, и замыкали это действие еще два цундапа , с четырехколесным Sd.Kfz.221.
