Утро 23 апреля в районе южнее Брно выдалось ясное. Видимость с каждой минутой улучшалась. В назначенное время началась мощная артиллерийская и авиационная подготовка, за которой последовала атака вражеской обороны. Наша пехота, наступая за танками при непрерывной поддержке с воздуха, успешно продвигалась в направлении Брно. Противник упорно сопротивлялся (особенно в районах, где уцелели его опорные пункты), то и дело переходил в контратаки, стремясь сдержать натиск советских войск. Но группы наших бомбардировщиков и штурмовиков появлялись над полем боя и наносили сильные удары по скоплениям врага.
В этой сложной наземной и воздушной обстановке руководить многочисленными группами самолетов, одновременно действовавшими над полем боя, было невероятно трудно. Без промедления удовлетворяя [259] просьбы танкистов и пехотинцев о поддержке с воздуха, приходилось так ставить задачи бомбардировщикам и штурмовикам, так наводить их на цели, чтобы противник понес максимальные потери, а промышленные объекты, которые здесь встречались чуть ли не на каждом километре, не понесли ущерба.
В задачу капитана Павленко входило держать постоянную связь с оперативной группой воздушной армии и своевременно информировать представителей Ставки о действиях авиации в полосе наступления каждого корпуса и даже дивизии, докладывать свежие данные воздушной разведки, результаты бомбовых и штурмовых ударов. Очень часто он стремглав бежал к авиаторам за новыми сведениями или с очередным приказанием. И всякий раз у небольшого окопа стоял офицер-оператор с микрофоном, слышались спокойные и четкие слова команды, адресованные командиру - руководителю полетов, или ведущему группы боевых машин в воздухе, или офицеру наведения самолетов на цели, находящемуся в наступающих войсках.
- Я «Байкал-один», я «Байкал-один», - обычно начинал авиационный наводчик, - для «Рубина-пять» задачу подтверждаю прежнюю.
Или:
- «Сокол-пять», «Сокол-пять», танки подходят к заводам, действуйте по запасной цели. Удары только по наблюдаемым целям. Как поняли? Прием.
Развивая успех, наши стрелковые части при непрерывной поддержке с воздуха групп штурмовиков и бомбардировщиков на второй день операции повели непосредственное наступление на Брно. На подступах к городу они овладели Праценскими высотами. Несмотря на тяжелые бои на этих высотах, советские воины сумели спасти от разрушения исторические памятники, в том числе памятник «Русским воинам, павшим в боях на полях Аустерлица в 1805 году» и небольшой домик-музей, созданный в честь знаменитой битвы. В часы относительного затишья представители Ставки маршалы Тимошенко и Ворожейкин посетили это памятное место. Знакомясь с реликвиями в домике-музее, они осмысливали события, которые происходили здесь сто сорок лет назад. Лица маршалов были суровы и сосредоточенны. Они внимательно осматривали реквизит русского солдата, вооружение русских войск, их боевые [260] построения на поле битвы. На душе было тягостно. Все молчали. Первым заговорил Тимошенко:
- Вот посмотрите на эти цифры. Какие огромные потери понесли русские войска под Аустерлицем! А почему? Что, русский солдат плохо воевал? Нет! Напротив, русские всегда были храбрыми, отважными воинами!
- Причин неудач много, и одна из них - порочная линейная тактика, - сказал Ворожейкин. - Да и вооружение оставляло желать много лучшего. А что касается командования русскими войсками, то оно было не хуже, чем у французов. Ведь здесь, под Аустерлицем, воевали прославленные полководцы: Кутузов, Багратион.
- Совершенно справедливо, - согласился Тимошенко, - но главную скрипку играли не они. Верховным главнокомандующим здесь был сам, молодой еще годами, император Александр, который в военном деле не очень-то разбирался.
Порученцы внимательно слушали маршалов.
- Да, конечно, и Великая Отечественная не обошлась без жертв. Но скоро война закончится, мы уже, по сути, выиграли ее. Опыт получили большой, уроки извлекли немалые. - Тимошенко подошел к Петру, взял его под руку. - Вот вы, капитан, когда кончится война, сразу же идите учиться. Постарайтесь поступить в академию имени Фрунзе. В ней многому научитесь, а главное - побеждать малой кровью.
- И хорошо организовывать разведку противника в любых операциях, - улыбаясь, добавил маршал авиации Ворожейкин.
- Он уже и теперь толковый разведчик, - вмешался в разговор П. Г. Тюхов, на днях получивший звание генерал-майора. - Данные его группы всегда достоверны, объективны, своевременны. Эти составляющие и определяют истину всякого разведдонесения.
- Оказывается, вот она какая сложная, истина для разведчика, - смущаясь, сказал Петр.
