Колотун закрыл дверь в конторку в тот самый миг, когда Хватка присела с удивленным криком. Стрела ударилась о стену едва ли на расстоянии ладони от головы целителя. Он тоже присел и выполз в коридор. Едва успел встать, как целая группа выскочила из-за угла слева. Зазвенели тетивы. Одна стрела пронзила его живот. Вторая прошла через горло. Он упал на спину, погрузившись в гущу боли и лужи крови.
Лежа на спине, Колотун поднес руку к горлу. Шаги быстро приближались. Он не мог дышать — кровь текла из легких, горячая и алая. Неистовый призыв Высшего Денала…
Тень коснулась его; поглядев вверх, он увидел равнодушное юное лицо; глаза не моргнули, когда ассасин двинул лезвие к голове целителя.
«Раскрой ворота пошире, Вискиджек…»
Колотун следил, как приближается острие кинжала.
Боль в левом глазу — и тьма.
Убивший Колотуна выпрямился, убирая кинжал, и мельком удивился странной улыбке на лице мертвеца.
Выскочив из кухни и присев под низкой притолокой двери, Синий Жемчуг услышал, как гудят арбалетные болты, услышал вопли и свист вылетающих из ножен мечей. Огляделся…
Прилетевший кинжал пришпилил левую руку к фляге. Закричав от сильнейшей боли, он отшатнулся; тут же к нему рванулись двое. У одного ассасина был нож, второй держал длинный меч с двусторонней заточкой.
Первый, с ножом, поднял оружие.
Синий Жемчуг плюнул в него.
Мерцающий шарик преобразился в полете, став клубком извивающихся змей. Дюжина клыков впилась в лицо ассасина. Завопив от ужаса, он порезал лицо собственным ножом.
Жемчуг попытался бросить флягу, но рука потянулась следом — она еще была пришпилена — и он закричал от нового взрыва боли.
Ему еще хватило времени поднять взор и рассмотреть устремившийся к лицу меч. Острие вошло в нос, пробив кости и проникнув в мозг.
Еще на пороге Дергунчик услышал суматоху в зале. Дернувшись и выругавшись на четырнадцати различных языках, он получше перехватил меч. Боги, такой шум, словно там треклятая битва! Нужен щит!
Дергунчик вломился в кладовую, чтоб была слева. Побежал к ящику в дальнем конце, скрытому грудой тряпок. Поднял крышку и вытащил три, четыре жулька. Спрятал под куртку. Пятый взял в левую руку.
И понесся к кухне.
Навстречу бежали повар и две девицы-помощницы; Дергунчик заметил в задней двери людей под капюшонами. — Ложись! — заорал он, метнув снаряд высоко над головами двоих ассасинов. Жулек ударился о стену в переулке и взорвался.
На его глазах стоявших в проеме двери ассасинов окутал красный туман — словно аура самого Худа. Оба шлепнулись лицами вниз. Встав на их спинах, Дергунчик прислушался (с улицы доносился жуткий хор) и бросил второй жулек, отбежав внутрь. Новый оглушительный разрыв гренады… Крики прекратились.
— Пожуйте, гребаные жопы!
Хватка покатилась по полу вслед первой стреле. Она видела, как Колотун выскакивает в коридор, видела, как стрелы нашли его. Понимая, что целителю конец, женщина пробралась к двери конторки и успела захлопнуть ее. Шаги приближались. Засов упал — еще удар сердца — увесистый удар не смог выбить прочную дверь… Хватка пошла к ящику, что стоял у ножки стола.
Она не сразу управилась с ключом — грохот за дверью, ужасающий шум из гостевого зала — наконец замок поддался, крышка упала. Она вытащила тяжелый арбалет и связку болтов.
Раздался грохот жульков со стороны кухни; она ухмыльнулась, и эта ухмылка вовсе не была веселой. Вскочила на ноги как раз тогда, когда дверь затрещала, и подбежала к окну — чтобы увидеть, как падает с арбалетным болтом в руке Дымка, как ассасин прыгает за ней.
Чертовский хороший выстрел — ее болт вошел ассасину в лоб, из затылка вырвался фонтан крови, мозгов и осколков кости.
Вихрем развернувшись, Хватка подбежала к ящику, достала единственный припрятанный жулек; назад к окошку, на подоконник. Она присела. Прямо внизу стол. Между упавшими стульями истекают кровью двое, ноги неестественно согнуты — двое невинных посетителей, завсегдатаев, что всегда были любезны, щедро оставляли чаевые и улыбались…
Хлопнула дверь сзади. Извернувшись, она метнула жулек и прыгнула из окна. Треск гренады в конторке, языки пламени, дым… Хватка приземлилась на стол.
Он просел под ней. Колено угодило в челюсть, она ощутила, как ломаются зубы. Хватка упала набок, плечом ударившись о трупы. Арбалет остался в руках, хотя болты рассыпались.
Хватка села и сплюнула кровь.
Дымка увидела, как падает преследователь, как лопается его голова. Присела и схватилась за торчавший из плеча наконечник. Головка застряла в хрящах между плечевой костью и суставной впадиной лопатки. Оставить так — возможно, опаснее, чем вытаскивать. Заскрежетав зубами, она вырвала болт. Сознание померкло.
Вытолкнув уцелевших поваров в переулок, Дергунчик пересек помещение и подобрал крышку большого железного котла. У входа в общий зал нашел в луже эля Жемчуга, мертвее не бывает; прямо за ним сидел, сжавшись, ассасин — похоже, он вонзил ножи себе в глаза, превратил лицо в кровавое месиво. Ассасин гортанно бормотал какую-то песенку без слов.
Дергунчик сплеча рубанул негодяя по черепу. Вытащил меч и двинулся дальше.
