— Что-то засиделся я у вас. А работа между тем не ждет, — Часовщик потянулся, застегнул на все пуговицы камзол, замотал вокруг шеи изрядно потертый шарф, повернулся к Миху. — Если надумаешь уходить — позови. Я пришлю Врангеля, он проводит. Ты готов, Барон?
И Часовщик с наглым котом пропали в утреннем воздухе. Не истаяли, не растворились, как ночные призраки, а просто пропали и все.
— С-с-сейчас, — заторопился Маг-У-Терры. — С-с-сейчас снег растоплю, дороги расчищу. Я ведь и вправду, наверное, самый сильный маг в королевстве. Да и заклинание совсем простое. Я его наизусть помню. У меня память очень хорошая.
Маг выпрямился во весь рост, задрал подбородок, выставил ногу, вытянул вперед ладонь, но не удержал равновесия и шлепнулся, усевшись в аккурат на высокородную седальницу.
Ивка хихикнула, зажав рот ладонью. Громко заржал Мих. Расплылся в клыкастой улыбке Хвост.
— Ну вас, — покраснел маг. — С-с-со всяким может случиться. И-и-имею право на ошибку. Все равно я ученый. И много знаю. Вот ответьте мне на вопрос, умники, на чем держится мир?
— На трех драконах, выпалила Ивка заученное с детства.
— На трех китах, — выпендрился Мих.
— А может, — задумчиво потер подбородок маг, — ему ни на чем не надо держаться. Он ведь не калека какой-нибудь.
— А людям? — подумав, спросила Ивка.
— Люди — это совсем другое, — ответил маг. — Люди — существа гораздо более сложные.
Хотел что-то добавить и не стал.
Живоглот подошел к краю обрыва, расправил крылья, оторвался от земли, сделал круг над путниками.
Мих, Ивка и маг стояли и смотрели, как белый дракон поднимается все выше и выше в небо. Одно на Мир Магии и Мир Без Магии. Потому что ни один Мир не может прожить без неба и без солнца, и без белого дракона.