Когда я вернусь — вызову на дуэль каждого, кто осмелится сказать, что регина странна или некрасива. Я не бог весть какой боец, можно сказать — никакой. Но вызову все равно. И со шпагой в руках докажу, что я достоин моей прекрасной дамы.
И я обязательно испрошу у Меллори разрешения пригласить самого знаменитого в королевстве живописца написать ее портрет. Повешу его на самое видное место в парадной зале.
С каким умилением думаю я сейчас о дядюшке, ради которого, собственно, и собрался в путь. Просто мечтаю прижать к груди его непутевую голову с волосатыми ушами. Ведь если бы не он, не было бы моей встречи с региной.
По возвращении мы с Меллори будем вместе гулять по уютным дорожкам моего чудесного сада, держась за руки и предаваясь умной беседе. Потом склоняться над древними фолиантами в кабинете моего замка.
А потом… Потом… О нет, о том, что будет дальше, я и помыслить боюсь. Я ужасно суеверен. Злой рок только и ждет, что ты дашь слабину, чтобы вцепиться в горло зубастой пастью.
Не знаю я, как шествуют богини…
Девичий стан, шелками схваченный…
Взяла, отобрала сердце и просто пошла играть…
Сколько строчек приходит в голову. Как жаль, что я не поэт. Сколько прекрасных стихов посвятил бы Меллори.
Для кого-то мир держится на магии, для кого-то — на поворотах ключа Великого Часовщика, для кого-то — на трех глупых драконах. Какие пустяки. Для меня сегодняшнего он держится на любви.
Только на том, что влюбленные краснеют при одном лишь взгляде избранника, на том, как матери подбрасывают в руках младенцев в коротких рубашонках, на том, как гордо ведут к алтарю отцы своих дочерей, а у государей увлажняются глаза при взгляде на карту своих владений.
Кажется, у меня самого сейчас увлажнятся глаза. Все. Хватит бумагомарательства, хватит переживаний и мечтаний. Лучше взять в руки грифельный карандаш и написать регине, как мне хочется ее скорее увидеть. Как я уже успел соскучиться по ней в поездке».
Записки о любви и ее удивительных свойствах, сделанные Магом-У-Терры во время путешествия.
В эту ночь в гостинице Мага-У-Терры покусали клопы. Утром вся спина оказалась в довольно болезненных, зудящих красных пятнах. Хмут от его имени пообещал хозяина испепелить и развеять. Но тот не очень и испугался. Старый плут, наверное, каждый день слышал немало угроз от постояльцев в свой адрес.
В результате уехали рано и без завтрака. Казалось, настроение должно было быть вконец испорчено, а маг сидел в карете, насвистывал веселый мотив и улыбался. Ничто в мире не было важным, кроме регины. А клопы, да шут с ними, с клопами. Дорога и комфорт — две вещи несовместные.
