– Э-э... – подавленно протянул репортер CNN, – …Это очень серьезное заявление.
– Да, – топ-координатор кивнул, – мы же собрались, чтобы обсудить серьезные вещи. Атомное оружие, это крайне серьезная вещь. Извините, как ваше имя?
– Э… Меня зовут Питер Джонсон, мистер Накамура.
– Замечательно, Питер-сан. Вы не возражаете против обращения в японском стиле?
– Э… Не возражаю, – ответил американец, затем быстро огляделся и, увидев, что все репортеры уже отправляют что-то со своих гаджетов, тоже незаметно нажал на своем коммуникаторе кнопку «отправить аудио-файл».
– Замечательно, – повторил топ-координатор, – и меня очень порадует, если вы будете называть меня Иори-сан. Вы согласны с таким уважительно-дружеским форматом?
Молодой американец слегка замялся, а потом растеряно ответил:
– Да, Иори-сан, я, в принципе, согласен, но угроза атомной бомбардировки США, мне кажется, может создать… Э… Некоторые препятствия дружбе.
– Сейчас, – пообещал Накамура, – я постараюсь развить тезис об атомной угрозе, чтобы исключить двойные толкования моей позиции. Я начну издалека. Как вам известно, я родился в Японии, в городе Убе, и прожил там полвека. На поезде от Убе до Хиросимы можно доехать за час, дорога очень красивая. В год выпуска из школы, весь наш класс поехал в Хиросиму на экскурсию и, конечно, мы посетили Мемориальный парк мира. Наверное, все вы знаете, что этот парк посвящен памяти жертв американской атомной бомбардировки 6 августа 1945 года. Создатели парка надеялись, что эта непостижимая трагедия моего народа может чему-то научить всех людей. По крайней мере, меня это многому научило. Мои школьные товарищи на обратном пути эмоционально делились впечатлениями. Представьте нас, тогда еще совсем юных мальчишек и девчонок, и не судите слишком строго из-за того, что я скажу сейчас. Многие говорили тогда о своей ненависти к Америке, неявно и несправедливо возлагая вину за бомбардировку на всех американцев. Многие видели в этом вину правителей Японии, маниакальные амбиции которых отчасти предопределили это ужасное событие. А у многих сложилось особое мнение. Мне представлялось, что главная причина заключена в желании одних людей доминировать над другими, и силовым путем навязывать им свои законы, как правило, безобразные, бездарные, и бесчеловечные. Не следует считать, что подобное желание свойственно только деспотичным политикам. На самом деле, оно пронизывает любое общество с номинальной пирамидой статусов. Не только политик, но и бизнесмен, или священник, или деятель искусства, или даже ученый, добравшись до какой-то ступени пирамиды, начинает вдруг получать извращенное удовольствия, пиная головы тех, кто оказался ниже его, и попал под его власть. Теперь, я расскажу, какой именно экспонат, размещенный в Мемориальном парке мира в Хиросиме, навел меня на эти мысли...
Тут топ-координатор сделал длинную паузу, а потом тихо сказал:
– Этим экспонатом был просто листок бумаги, письмо группы американских ученых – ядерщиков. Оно в нескольких экземплярах было сброшено в капсулах измерительной аппаратуры во время второй атомной бомбардировки, в Нагасаки. Я помню, как долго вчитывался в этот текст под стеклом, и пытался понять: что думали и чувствовали эти ученые, составляя такой текст? Насколько сильна была их мания доминирования, если совершенно затмила разум? Понятно, что это письмо не могло сыграть никакой роли в дальнейших событиях, и выражало лишь уродливый внутренний мир своих авторов. Я процитировал в начале ответа Питеру Джонсону центральный фрагмент этого письма. Теперь процитирую его заключительный абзац…
Накамура Иори сделал еще одну паузу, и медленно сказал:
– Мы уверяем вас, что если Япония немедленно не сдастся, то этот дождь атомных бомб усилится с невообразимой яростью. Такими словами они закончили это письмо. Сейчас попробуйте сами себе ответить на вопрос: если в государствах, обладающих подобным оружием, даже ученые подвержены такой мании, то может ли хоть какое-то сообщество чувствовать себя защищенным, не имея сходного оружия, как средства сдерживания?
И опять пауза. Среди репортеров начались перешептывания, и примерно через минуту молодая новозеландка (та, которая первой отправила SMS в редакцию), нерешительно возразила:
– Мистер Накамура, но ведь в ответе Питеру вы говорили об атомных бомбах, которые взорвутся над городами Америки. Как это может быть в письме американских ученых?
– Мисс, прослушайте аудио-запись фрагмента, – посоветовал топ-координатор, – там не звучало названий стран, а говорилось: «над вашей родиной». Так в оригинале письма.
– Но вы же не предупредили, что это цитата! – воскликнула новозеландка.
– Да, – слегка грустно признал он, – видимо я, будучи японцем, несколько переоценил известность этого письма в мире. Но, теперь все ясно, и я еще раз прошу подумать над вопросом о средстве сдерживания деспотичных маньяков, имеющих атомное оружие. Учитывая, что не все гости ориентируются в вопросах истории, я напомню: на Первой Холодной войне не удалось найти иного средства, кроме такого же атомного оружия.
