— Ну что ж, — Ильнар покашлял, прочищая горло, и медленно выпрямился, сопровождаемый клинков чужака. — Впечатляет, ничего не скажешь! Может, ты и правда тот, за кого себя выдаешь.
— Тот, — гость кивнул, и по губам его скользнула холодная улыбка. — Можешь быть уверен!
Одним плавным, нечеловечески точным движением гость бросил меч в привязанные за спиной ножны и, выжидательно глядя на воеводу, отступил на шаг назад. Фрол смотрел на рукоять чужого меча и никак не мог понять: когда и как тот успел развязать завязки на ткани, в которую этот меч был завернут? Ильнар покрутил головой, проверяя, цела ли шея и, опустив копье, хмыкнул.
— Н-да… Ты не из нежити, и ты не простой человек — простому я бы уж точно успел проткнуть глотку! Да и меч у тебя… — воевода досадливо цокнул языком. — Что ж, коли так, прошу в замок! Только, если не возражаешь, я все же пошлю за жрецом. Он-то уж точно не ошибется…
— Я не возражаю, — не замедлил с ответом чужак, протянув воеводе стрелу, которую все еще держал в руке. — Буду рад развеять те сомнения, что у тебя еще остались.
Воевода, раздраженно дернув головой, взял стрелу и, не оборачиваясь, через плечо бросил своим людям:
— Савва, Игнат, живо дуйте в деревню за Инциусом!
Названные ратники, не убирая мечей в ножны, резво припустили по мосту и скрылись в обступившей замок темноте. Воевода постоял немного, медленно покачиваясь с пятки на носок, потом, пересилив себя, снова обратился к чужаку. На этот раз голос его звучал почти равнодушно:
— Ты уж не взыщи, мил человек. Неспокойно у нас тут, сам понимаешь. Потому и чужих так встречаем. На Богов надейся, а сам не плошай…
— Понимаю, — кивнул гость.
— Я Ильнар, — запоздало представился воевода. — Воевода князя Рольфа. А тебя как величать?
Гость удивленно приподнял бровь.
— Как, ты сказал, тебя зовут?
— Ильнар, — с вызовом повторил воевода. — Тебе что-то не нравится?
— Нет, нет! — гость одновременно пожал плечами и покачал головой. — Все нормально. Просто это староуздольское… имя.
— Ну и что? — набычился воевода.
— Да ничего! — отмахнулся чужак. — Просто не похоже, чтобы у тебя в роду были уздольцы. Но величальное имя каждый выбирает по собственному усмотрению, так что вольному воля. И прости, если в моем вопросе ты услышал что-то оскорбительное.
— Самого-то тебя как величать? — немного расслабившись, поинтересовался Ильнар.
— Ведуном, — равнодушно бросил гость.
— Ведуном? — воевода понимающе усмехнулся. — Ну, коли так, проходи внутрь… ведун! Негоже гостя у ворот держать. Только, мил человек… — Ильнар наставил на чужака указательный палец. — Ты уж до прихода жреца от фокусов своих воздержись. Одного—двух ты, может, и положишь, но со всеми нами тебе все равно не совладать. Кто-нибудь да дотянется!
— Как скажешь, господин воевода, — без улыбки кивнул ведун. Ильнар перехватил поудобнее копье, развернулся и сунул стрелу в руку одного из лучников.
— Спасибо, хоть не мне в загривок, — негромко, но с душой поблагодарил воевода. Ратник съежился и втянул голову в плечи. Ильнар, недовольно поморщившись, первым вошел в ворота. Проходя мимо Фрола, воевода скользнул взглядом по остаткам фонаря и, почти не разжимая губ, бросил вполголоса:
— Раззява косорукий…
Фрол виновато опустил голову. Ведун двинулся вслед за воеводой. Ратники нервно посторонились, освобождая ему проход, потом потянулись следом. Оставшийся последним Фрол, перед тем как войти в ворота, оглянулся зачем-то на дорогу. Ему показалось вдруг, что на самой границе освещенного факелом пространства над дорогой что-то промелькнуло. Темная тень, взмах крыльев, пожалуй, слишком больших для летучей мыши. Филин?
— Ну, ты чего там?
Фрол подхватил то, что осталось от фонаря и, зябко поежившись, нырнул в закрывающиеся ворота. Снова скрипнули петли, лязгнул вставший на место засов. Проводив мрачным взглядом двинувшихся к стражевой башне товарищей, Фрол оглядел двор. Небо уже успело очиститься от туч. Сами по себе они, что ли, уплыли? Ветер-то как будто стих…
В многочисленных лужах отражались яркие звезды. Весь двор был завален оборванными листьями и обломанными ветками, которые грозовой ветер умудрился накидать внутрь замка даже через стену. Фрол отыскал взглядом половинчатую луну и досадливо сплюнул — для кого как, а для него завтрашний праздник был безнадежно испорчен: настроение было уже не то. Ратник тяжко вздохнул и толкнул дверь сторожки — настроение настроением, а переодеться в сухое не помешает.
Шагая рядом с гостем по двору замка в окружении угрюмых ратников, воевода мысленно обругал себя последними словами. Нечего сказать — нарисовался в полный рост! Тьфу ты, ну ты… да и воины его тоже хороши! Впрочем… подавив тяжкий вздох, Ильнар напомнил себе, что их-то как раз корить и не за что. Учил-то их он сам! Даже тех, кто поступил в княжескую дружину вполне уже зрелым наемником, Ильнар постарался переделать на свой манер. Если не в манере ведения боя, то уж в настроениях — точно.
