— Рассказ! Нашел, чему верить. Вона мне в детстве дед, как браги напьется, так и давай рассказывать, как сам по молодости поднимал за оглобли телегу с мукой да через себя перебрасывал. Язык-то, он у всех без костей, хоть у простых людей, хоть у ведунов! — Ратник снисходительно хмыкнул, потом сделал фальшиво-серьезное лицо. — Оно, конечно, если бы своими глазами поглядеть, тогда другое дело. Волколаков у нас тут, конечно, нету, но если бы тот ведун вон хоть с нашим Владом согласился силой померяться, к примеру, на руках, да одолел бы его, тогда еще можно и поверить…
Ратники, пользуясь попустительством воеводы, давно уже прекратили свои упражнения и теперь, переминаясь для приличия с ноги на ногу (вроде как все разом остановились передохнуть), выжидательно поглядывали на ведуна.
Ответит? Струсит?
Ведун вынырнул из полудремы и, открыв глаза, неторопливо оглядел площадку. В дальнем углу у пенька притопывал и поводил плечами десятник Влад. Он был без оружия и без рубахи. Под загорелой кожей перекатывались литые мускулы без единой лишней жиринки. Судя по выступившей на коже испарине, Влад успел уже (даром что пришел после ведуна) как следует размяться.
Ведун медленно, будто нехотя поднялся, покрутил шеей, расправил плечи.
— А что, — обращаясь вроде как сразу ко всем присутсвующим, заговорил он. — Не найдется ли здесь кого, кто не отказался бы со мной силой померятся? К примеру, на руках.
Ратники одобрительно зашумели. Влад, насмешливо хмыкнув, приглашающе хлопнул ладонью по пню. Потом, спохватившись, оглянулся на воеводу. Ильнар внимательно посмотрел на десятника, а потом стиснул челюсти и молча отвел глаза.
Ни за что иное, кроме как за разрешение, это принять было нельзя, и воевода это знал. Он чувствовал, что поступает неправильно: негоже было втравливать парней в дело, в котором сам уже оплошал. На то он и воевода, чтобы идти вперед и показывать остальным пример, а не выставлять впереди себя сопляков после того, как сам дал маху!
Однако уязвленная гордость упрямо перечила гласу рассудка. Против своей воли воевода упрямо выискивал во вчерашних действиях ведуна какую-нибудь подленькую хитрость, подвох, на который не стыдно словиться настоящему воину, помнящему свою честь. Да и потом, быстрота это одно, а сила — совсем другое. Из всей княжеской дружины одолеть Влада в борьбе на руках мог только сам Ильнар. И если Влад сейчас выиграет…
А если проиграет? Воевода упрямо отворачивался от этой мысли. Ну не мог худосочный ведун перебороть в честной игре богатыря Влада! Никак не мог.
Ведун не спеша приблизился к пню, примерился, поставил локоть на гладкий срез. Влад, пряча улыбку, встал напротив. Совсем не богатырская рука ведуна утонула в широченной ладони десятника. Ратники обступили рукоборцев, не забыв, впрочем, оставить проход с таким расчетом, чтобы было видно и воеводе, который не удосужился сдвинуться с места.
— Готовы? — один из ратников накрыл ладонью сцепленные руки ведуна и Влада. — Как скажу «три», ломите, что есть мочи!
Ведун бросил исподлобья быстрый взгляд куда-то наверх. На опоясывающем княжескую башню балконе появилась княжна Илана в сопровождении старой няньки. Глянув вниз, на то, что творилось во дворе, княжна остановилась. Старуха потянула было ее за рукав, но девица норовисто дернула плечиком, и няньке пришлось смириться. Княжна определенно желала знать, чем закончится поединок.
— Раз… Два… Три! — Ратник отдернул руку, и…
Ровным счетом ничего не произошло. Скорой победы Влада, в которой все присутствующие были почти что уверены, не случилось. Мускулы десятника вздулись, лицо покраснело от напряжения, на шее проступили натянутые жилы. И… ничего!
Рука ведуна ни на волосок не сдвинулась с места. Сам он стоял с таким видом, будто вообще не прикладывал никаких усилий и не ощущал чужого сопротивления.
Воевода нахмурился и досадливо скрипнул зубами. Все-таки надо было вмешаться! Да теперь чего уж — поздно. Ратники удивленно переглядывались. В повисшей тишине как Гром прозвучал тихий шепот одного из них: «Колдовство…»
Здоровенные парни с опаской попятились от пня. В глазах десятника промелькнуло беспокойство, однако он быстро совладал с собой и хватки не ослабил. Ведун снова стрельнул глазами наверх.
Неподвижно застывшая княжна, прижав к груди сжатые кулачки, не мигая смотрела на борющихся широко раскрытыми глазами. Губы ее слабо шевелились.
Напряжение нарастало. Воевода совсем уже собрался вмешаться, чтобы не дать опозориться еще и десятнику, но тут рука ведуна дрогнула. Очевидно, подвела его выносливость, а может, колдовской силы не хватило. Ратники замерли, не в силах поверить своему счастью: Влад медленно, но уверенно гнул руку ведуна к поверхности пенька. Еще немного, еще чуть-чуть…
Все!!!
